Меч андрея боголюбского


Меч Кладенец реликвия России | Тайны мира и человека

7 132

В русских былинах и преданиях зовётся он меч-кладенец или меч-самосек. А выковал его Агрик — сын царя Ирода, жестокого тирана, известного по библейским текстам и трудам римского историка Иосифа Флавия.

По преданию, меч этот испускал во тьме голубоватое свечение и имел сверхъестественные свойства: рубил в шепки любые воинские доспехи. В бой с богатырём, вооружённым мечом Агрика, враги даже не вступали, поворачивали вспять. Как меч оказался на Руси?

На этот вопрос нет ответа. В былинах есть только рассказы о том, как меч-кладенец богатыри получают из рук Святогора или находят его в глубокой пещере. Но вот что интересно. Летописи свидетельствуют, что одним из самых бесстрашных полководцев Древней Руси был князь Андрей Боголюбский (род. около 1109 г.). В 1149 году «обеступленный» (окружённый) врагами, на раненом коне, князь выхватил меч и, просто высоко держа его над головой, сумел прорваться к своим. Очевидно, это был тот самый момент, когда для устрашения врага достаточно было лишь продемонстрировать чудо-оружие.

В Крестовоздвиженском храме князю Петру является отрок и показывает Агриков меч, лежащий в расщелине алтарной стены

Так при каких же обстоятельствах у Андрея Боголюбского появился заветный меч? А вот при каких. Отцом Андрея был Юрий Владимирович Долгорукий, князь Ростовско-Суздальской земли. До 1149 года летописные источники о жизни молодого князя ничего не говорят. Исследователи А. Рыбалка и А. Синельников в книге «Тайны русских соборов» делают предположение о том, что после смерти жены-половчанки Юрий Долгорукий отправил свадебное посольство во главе со своим сыном-отроком Андреем в Византию, к Елене Комнин.

Сватовство прошло успешно, и невеста увезла на Русь в качестве приданого, кроме прочего, икону Богородицы «Умиление», написанную самим Лукой Евангелистом, прославившуюся впоследствии как икона Владимирской Божией Матери.

Но как после этого сложилась судьба самого Андрея Боголюбского, «основоположника обустроенной русской государственности» (так назвал его известный русский историк СМ. Соловьёв)? По мнению вышеназванных исследователей, Боголюбский принял участие в крестовых походах и вступил в орден тамплиеров.

В подтверждение своей точки зрения эти авторы приводят следующие строки из старообрядского «Жития Андрея Боголюбского»: «Многая леты в Святая Земли Иерушаломе Граде бываху у Святого Гроба в посте и молитве, служа присно дево Марии Богородице вправду и без корысти, премногая мудрости наповняхусь, яко бе Шоло-мон царь, во храме его Святая Святых пребывахом». Нелишним при этом будет напомнить, что полное название ордена тамплиеров звучит так: «Братство бедных слуг Христовых, всадников Девы Марии, Иерусалимской Богородицы Соломонова храма».

Известно, что тамплиеры вели раскопки на месте храма Соломона, и, по некоторым данным, с большим успехом. Орден стал владельцем чаши Грааля, плащаницы, названной позднее Туринской, и Агрикова меча. Когда же Андрею Боголюбскому пришло время возвратиться на Русь, тамплиеры преподнесли ему в качестве вознаграждения за заслуги заветное оружие. Ну а после убийства князя, с началом усобицы, во время которой любимый князем Андреем град Владимир переходил из рук в руки, меч спрятали в одном из монастырей города Мурома.

«Будет мне смерть от Петрова плеча»

Через несколько десятков лет судьба меча переплелась с судьбами муромского князя Петра и его жены Февронии (конец XII — начало XIII вв.). Содержание «Повести о Петре и Февронии», принадлежащей перу церковного писателя Ермолая-Еразма, известно читателям. Зачин её, основанный на муромских преданиях и легендах, содержит упоминание об Агриковом мече.

Началось всё в Муроме в годы правления князя Павла, старшего брата Петра. У Павла была красавица жена, к которой в отсутствие мужа повадился прилетать крылатый змей, принимавший его облик. Княгиня обо всём поведала мужу. Князь долго думал, как извести «врага рода человеческого», и придумал.

«Выведай у змея, — сказал он супруге, — какой смертью суждено ему умереть». Хотя задача была очень трудной, княгиня сумела выведать тайну. «Будет мне смерть от Петрова плеча, от Агрикова меча», — признался змей. Младший брат Павла Пётр слышал об Агриковом мече, но не знал, где его искать. Решив уповать на помощь Бога, пошёл молодой князь в церковь и стал в уединении молиться. И явился ему ангел в образе отрока и сказал: «Я укажу тебе, где скрыт Агриков меч, иди за мной».

Он повёл Петра в алтарь, где в щели между камнями алтарной стены лежал этот меч. Поговорив с Павлом в его покоях и показав ему меч. Пётр пошёл навестить княгиню. И что же он видит? Рядом с княгиней сидит его брат, которого он только что оставил в дальних покоях. Удостоверившись, что в покоях княгини оборотень, Пётр поразил его Агриковым мечом. Но в предсмертных судорогах змей забрызгал князя своей кровью, и тот покрылся гноящимися язвами. Ну а дальше — рассказ о выздоровлении князя благодаря врачеванию девы Февронии.

Что же скрыто за этой легендой? Может, в «заповедных и дремучих, страшных муромских лесах» действительно водились крылатые змеи, принимавшие человеческий облик? А может, скрыты в ней вполне земные дела? Мог ведь какой-то недруг Павла втереться в княжеское окружение, попытаться соблазнить княгиню, чтобы выведать, где хранится заветный меч. Не получилось. Но на «последнем издыхании» мог этот оборотень, к примеру, плеснуть в лицо князя Петра какой-нибудь яд…

И сошлись Хостоврул с Евпатием

Ясно, что драгоценную реликвию стали беречь пуще прежнего. Правда, лежать мечу «без движения» пришлось недолго. Зимой 1237 года к пределам Руси подошли 140 тысяч монгольских конников во главе с Батыем (многие исследователи называют и другую цифру — 300 тысяч человек). Муромо-Рязанское княжество отчаянно сопротивлялось. И всё же 21 декабря Рязань пала.

Но вскоре один из воевод рязанского князя Юрия Игоревича — Евпатий Коловрат, бывший в долгой отлучке, собрал дружину в 1700 человек, и 15 января 1238 года пять тысяч монгольских воинов под предводительством шурина Батыя Хостоврула сошлись в битве с дружинниками Евпатия. Летопись сообщает: «И съехался Хостоврул с Евпатием. Евпатий же был исполнен силою и рассёк Хостоврула на полы (на две половины. — А.О.) до седла. И стал сечь силу вражью, и многих тут знаменитых богатырей Батыевых побил, одних пополам рассёк, а других до седла разрубил».

В быстротечной схватке отряд Хостоврула был практически весь уничтожен, что озадачило Батыя. Даже если признать, что Евпатий Коловрат был богатырём из богатырей, всё равно как он мог один расправиться с десятками хорошо вооружённых врагов? Может, у Коловрата в руках был Агриков меч? Может, за ним и отлучался он из Рязани, когда узнал о надвигающейся угрозе?

Столкнувшись с невиданным доселе сопротивлением, Батый решил окружить стоянку отряда Коловрата, у которого в живых остались лишь четыреста дружинников, многотысячным войском и подвезти «пороки» (метательные орудия). Не вступая в открытую схватку, монголы забросали отважных русичей камнями. А потом по приказу Батыя воины принесли к нему тело Евпатия Коловрата. В «Повести о разорении Рязани Батыем» говорится: «И сказал царь Батый, глядя на тело Евпатьево: «О, Коловрат Евпатий! Хорошо ты меня попотчевал с малою своею дружиною, и многих богатырей сильной орды моей побил, и много полков разбил. Если бы такой вот служил у меня, держал бы его у самого сердца своего». И отдал тело Евпатия оставшимся людям его дружины, которых похватали на побоище. И велел царь Батый отпустить их и ничем не вредить им».

Директива Гитлера

Знал ли Батый о существовании Агрикова меча? Трудно сказать. По крайней мере, приведённые слова из «Повести о разорении Рязани» внушают надежду, что чудо-меч был вынесен с поля боя оставшимися в живых русскими воинами.

Подтверждением того, что пределов Руси меч не покидал, являются события, случившиеся более чем через семьсот лет после той битвы.

По некоторым данным (материалы засекреченной организации «Аненербе», действовавшей в составе СС), в декабре 1941 года фельдмаршал фон Бок получил директиву Гитлера о запрете обстрелов и бомбёжек пятикилометровой зоны вдоль Оки, от Рязани до Мурома. В эти места была десантирована группа коммандос из «Аненербе», занимавшейся самыми секретными делами рейха: от создания «техно-магических» дисколётов и другого Wunderwaffe («чудо-оружия») до поиска чаши Грааля и Агрикова меча. Декабрь, конечно, не самый подходящий месяц для поисков и раскопок, тем более в условиях боевых действий.

Но, по всей видимости, гитлеровцы располагали достоверными сведениями о нахождении на Рязанщине чудо-меча. Некоторые исследователи считают, что почерпнуть такие сведения они могли из российского летописного свода, перекочевавшего за границу во время революции 1917 года и гражданской войны. Действительно, «научные сотрудники» из «Аненербе» прошерстили все оккупированные страны Европы, пытаясь найти указанные артефакты или свидетельства о них. Зачем было нужно Гитлеру оружие давно минувших дней? Оно что, могло составить конкуренцию «Катюше» или «Т-34»?

Надо знать, что идеология фашизма произрастала из оккультно-мистических корней, питаемых всем, чем угодно: от теории превосходства «нордической расы» до «откровений» германских языческих жрецов. Находилось в ней место и артефактам, которые Гитлер хотел «поставить рядом с собой для ощущения вселенской силы и могущества».

Что касается гитлеровских коммандос, засланных в муромские леса, то, говорят, выбраться за линию фронта смогли только двое из них, с обмороженными и пустыми руками.

источник

taynikrus.ru

Полянский меч. - Деяния русов. Потерянные царства Европы. — LiveJournal

Обратить внимание на довольно странные упоминания о мече или скорее о Мече, меня заставила книга Льва Прозорова "Святослав Хоробре. Русский Бог Войны". В ней он описывает историю о прибытии к Святославу византийского посольства, которые подарили князю загадочный меч, после чего он сразу согласился на перемирие и даже радостно благодарил императора Иоанна Цимисхия за подарок, хотя до того отвергал все дары и золото. Тот же рассказ приводится и в "Повести Временных Лет", но акцент сделан не на мече, а на "лютости" Святослава, который отказался от золота и принял в дар оружие, чем изрядно напугал хитрых греков. Прозоров справедливо сравнил это событие - заключение мира на пороге победы в обмен на меч - с аналогичным случаем, имевшим место за несколько лет до греко-русской войны: император Никифор Фока обменял захваченный им меч пророка Мухаммеда - святыню Ислама, на пленных, томящихся в плену у египетского эмира. Что особенного было в мече, подаренном Святославу?

Этому случаю предшествовал странный поединок одного из греческих полководцев с неким "предводителем" русов, якобы исполином, которого грек разрубил его НА ПОПАЛАМ! Прозоров вполне обосновано предположил, что предводитель русов едва ли был могучим исполином, подобным богатырю Икмору, а скорее всего был юношей, старшим сыном Святослава, памяти о котором не сохранили поздние русские летописи, которые к слову забыли многих Святославичей, например Сфенга. Далее, Прозоров закономерно предположил, что сей меч как раз и принадлежал наследнику русского престола! Но вот был ли он так ценен только тем, что Святослав подарил его своему сыну? Задавшись этим вопросом, я стал искать другие известия о знаменитых русских мечах.
Таковых оказалось совсем немного и все они были связаны с именем святого князя Бориса Владимировича, того самого брата Глеба, которого убили то ли вышгородцы по приказу Святополка Окаянного, то ли варяги-скандинавы по приказу Ярослава Мудрого. Меч этот попал каким-то образом (вероятно так же как и икона Владимирской Божьей матери был экспроприирован из вышгородской церкви Бориса и Глеба) у Андрея Боголюбского, но в ночь коварного убийства его был выкраден княжеским ключником Анбалом и после этого следы меча теряются. Особенность этого меча в том, что это единственное оружее, которому уделено такое внимание и несомненно он почитался как родовая святыня, подобно Щербцу, родовому мечу польских Пястов, который принадлежал Болеславу Храброму. Второе упоминание, точнее изображение, Борисова меча мы находим на миниатюрах Радзивилловской летописи. Как известно, эти миниатюры сами по себе являются весьма ценным историческим источником, иногда более точным, чем сама летопись. На одной из миниатюр изображен святой Борис накануне убийства, молящийся на висящий на столбе шатра Меч, обряд скорее языческий, нежели христианский! О возможном вероотступничестве Бориса кстати сообщается и в "Пряди об Эймунде", где рассказывается об убийстве скандинавскими наемниками "конунга Бурицлейва"! Вполне логично предположить, что это тот самый клинок, которым завладел потом Андрей Боголюбский. Почему у знаменитого меча не было других хозяев вполне понятно - он был захоронен вместе с Борисом. Весьма значимо, что именно Борис был хозяином этого клинка - он был любимым сыном Владимира Крестителя и именно ему тот скорее всего завещал после себя киевский престол, чем и обязан был Борис ненависти старших братьев. Все это заставляет думать, что Борисов меч - это тот самый Меч, который стоил рокового для Святослава перемирия с греками. Да и сам Меч был поистине Роковым каждый его хозяин умирал насильственной смертью - предположительный наследник Святослава в Болгарии, сам Святослав, после его смерти меч скорее всего был передан Свенгельдом Ярополку, унаследовавшему русский престол - Ярополк был коварно убит, Борис, которому меч передал убийца Ярополка Владимир, Андрей Боголюбский... Едва ли не эта дурная слава заставила Ярослава похоронить Меч вместе с братом...
По началу я пошел на поводу у своей фантазии в поисках происхождения этого клинка. Вся эта мистическая история удивительно напоминает легенды о проклятых мечах в Скандинавии, причем там один из Мечей - Тюрфинг - связан именно с русами! Тогда я задумался, а не могли ли все эти мечи - Грам Вельсунгов, Тюрфинг русских конунгов и Борисов меч - быть одним Мечом?! У всех трех клинков общее проклятие - они приносят смерть своим обладателям. Меч Грам был даром Вельсунгам Бога войны Одина, Тюрфинг (Тюр - имя другого Бога войны) - тоже описывается как Меч войны, хотя по легенде (Сага о Хервер) его первый владелец конунг Гардарики Свафрлами (или его отец Сигрлами) получил меч от карлика - цверга. Еще один подобный меч был зафиксирован не легендой, но историей! Однажды, пастух-гунн обнаружил торчащий из земли меч, который сразу же отнес в дар своему господину - вождю Аттиле. Это был Меч Бога Войны, о котором было предсказание гуннам (Игорь Коломийцев предположил, что меч нашли в Причерноморье и что это был один из тех акинаков, которые скифы устанавливали в святилищах Бога Войны). Получив чудо-клинок Аттила бросился покорять Европу. Весьма любопытно, что Вельсунгов, владельцев Грама, саги называют также правителями гуннов и по хронологии саг их правление предшествовало правлению Аттилы! Сигрлами, "сын Одина" и брат Ингви (предка шведских и норвежских Инглингов) и Скьельда (предка датских Скьельдунгов), скорее всего герульских вождей 5-6 века, приведших свой народ в Скандинавию после смерти Аттилы и Меч Войны вполне могли они прихватить с собой. Потом владельцами Тюрфинга сага называет викинга Арнгрима, убийцу Свафрлами и мужа его дочери, их сына Ангантюра, вождя готов, его дочь Хервер и ее любимого сына Хейдрика, его сына Ангантюра III, якобы предка Ивара Широкие Объятия, объединившего примерно в конце 7 века королевства Вендельской культуры в Скандинавии и Дании. После Ангантюра, сына Хейдрика не очень понятно, но похоже, что Ивар в итоге был владельцем Тюрфинга. Сей конунг погиб, то ли в бою, то ли утонул во время шторма, в походе против русского конунга Радбарда, которого я считаю отцом легендарного Боривоя и предком Бравлина и Гостомысла. Вполне могло быть, что после гибели Ивара меч достался снова русам, а Бравлин перенес его в будущую Киевскую Русь!
Однако, потом я несколько пересмотрел свои фантастические гипотезы. В ПВЛ упоминается еще один загадочный меч, причем задолго до появления русов в Киеве. В легенде о хазарской дани рассказывается, что на требование хазар, поляне, посовещавшись, передали в качестве дани ОДИН МЕЧ! Надо полагать, что меч был очень дорогим и хранился как святыня много веков, быть может полянским князьям он достался от их русских предков (поляне возводили род своих древних князей к Кию, осноателю Киева-на-Дунае, который согласно былинам был столицей Ругиланда, таким образом и сам Кий и предания о нем восходили к русам, также летописец выводил полян-русь из Норика, где и располагался Ругиланд!). В свою очередь в Хазарии появление меча вызвало нешуточный переполох, так как с ним было связано предсказание о том, что поляне будут собирать дань с хазар (проклятый меч!)! За сим хазары предпочли избавиться от опасных данников - в это самое время к хазарскому кагану обратились русы с просьбой дать им землю для поселения (в это самое время русы переживали тяжелую войну с неким противником (скорее всего с Дунайской Болгарией), о чем свидетельствует посольство в Византию и Германию 839 года, и им нужно было место, куда отступать в случае поражения) (согласно летописи вождями русов были Дир и Оскольд, Бравлина, разорявшего черноморское побережье за 40 лет до того русские (точнее полянорусские) летописи не знают). Хазары подарили новым союзникам Полянскую землю (о русско-хазарском союзе при Дире и Оскольде свидетельствует свободное прохождение русских купцов через Хазарию в Арабский халифат). Самое забавное в этой истории то, что на момент появления хазар, поляне находлись в глубочайшем кризисе, "обижаемые" древлянами и уличами. Их положение было бедственным настолько, что кроме как главной быть может святыни княжеского рода им было просто нечем выплатить дань Хазарии! В результате же их земля стала центром одного из сильнейших государств Средневековья, а их потомки действительно собирали дань с хазар! Вполне вероятно, что в результате походов Святослава (до него как мы помним о Мече не было слышно) Полянский меч вернулся в Киев и князь-воин мог подарить его своему наследнику, погибшему в Болгарии, а потом вместе со Свенгельдом передать Ярополку...
Здесь снова приходиться вспомнить скандинавские легенды... точнее лишь одну - "Сагу о Хервер", где рассказывается о кровожадном мече Тюрфинге. Дело в том, что собственно сюжет первой части саги никак не связан со Скандинавией. Герои саги - Ангантюр, сын Арнгрима, Хервер и ее сыновья - живут в стране готов, их столица зовется Данпарстадир, то есть город на Днепре, место битвы готов и гуннов - Дунахейд! Лишь позднее "Хервер-сага" была искусственно соединена с преданиями о Скьельдунгах, к которым принадлежал Ивар Широкие Объятья. Таким образом, получается, что Тюрфинг совершал свои подвиги на берегах Днепра?!
Это подтверждается и тем косвенным обстоятельством, что в "Хервер-саге" мы видим две разных Руси - Сигрлами и Свафрлами правят в Гардарике, а Радбард, с которым воюет Ивар - в Хольмгарде (Остров-крепость, также германские хронисты называют Рюген, а арабы "Остров русов"!), то есть на Балтике. Тогда Гардарика, которая находится по соседству с готским Данпарстадиром на Днепре - это Дунайский Ругиланд! Вот где был выкован Меч Войны! По мнению исследователей в "Хервер" описаны в легендарно-сказочной форме события 4 века в Причерноморье. Кто знает, может быть именно этот меч искал Аттила, может именно об этом мече рассказывали конунгам северные сказители, может быть перед Тюрфингом склоняли головы короли темных веков и может каким-то образом этот меч снова вернулся на Днепр, вместе с полянами, пути истории неисповедимы...

ortnit.livejournal.com

Андрей Юрьевич Боголюбский — Википедия

Андре́й Ю́рьевич Боголю́бский (род. ок. 1111 года[1] — ум. 29 июня 1174) — князь Вышгородский (1149, 1155, Дорогобужский (1150—1151), Рязанский (1153), великий князь Владимирский (1157—1174). Сын Юрия Владимировича (Долгорукого) и половецкой княжны, дочери хана Аепы (Осеневича) и внучки хана Осеня (Асиня). Святой Русской православной церкви; память: 4 (17) июля и в Соборах Владимирских и Волынских святых.

В правление Андрея Боголюбского Владимиро-Суздальское княжество достигло значительного могущества и было одним из сильнейших на Руси, а впоследствии стало ядром современного Российского государства.

Согласно сообщению позднего «Жития Андрея Боголюбского» (1701), Андрей Юрьевич получил прозвище «Боголюбский» по названию города Боголюбова под Владимиром, своей основной резиденции[2]. Сергей Заграевский на основе более ранних источников обосновал иную ситуацию: город Боголюбов получил своё название по прозвищу Андрея, а прозвище было обусловлено древнерусской традицией именования князей «боголюбивыми» и личными качествами князя Андрея[3].

Единственные сведения о дате рождения Боголюбского (ок. 1111 года) содержатся в написанной через 600 лет «Истории» Василия Татищева[4]. Годы его молодости в источниках почти не освещаются.

В 1146 году Андрей вместе со старшим братом Ростиславом изгнали из Рязани союзника Изяслава Мстиславича — Ростислава Ярославича, тот бежал к половцам.

В 1149 году, после занятия Юрием Долгоруким Киева Андрей получил от отца Вышгород, участвовал в походе против Изяслава Мстиславича на Волынь и проявил удивительную доблесть при штурме Луцка, в котором был осаждён брат Изяслава Владимир. Луцк взять не удалось. После этого Андрей временно владел Дорогобужем на Волыни.

Осенью 1152 года Андрей вместе со своим отцом участвовал в 12-дневной осаде Чернигова, закончившейся неудачей. По сведениям поздних летописцев, Андрей получил тяжелое ранение под стенами города.

В 1153 году[5] Андрей был посажен отцом на рязанское княжение, но вернувшийся из степей с половцами Ростислав Ярославич изгнал его. Андрей бежал в одном сапоге.

На открытке работы Ивана Билибина

После смерти Изяслава Мстиславича и Вячеслава Владимировича (1154) и окончательного утверждения Юрия Долгорукого в Киеве Андрей снова был посажен отцом в Вышгороде, но уже в 1155 году вопреки воле отца уехал во Владимир-на-Клязьме. Из Вышгородского женского монастыря он увёз с собой чудотворную икону Богородицы, которая впоследствии получила название Владимирской и стала почитаться как величайшая русская святыня. Вот как это описано у Н. И. Костомарова:

Была в Вышгороде в женском монастыре икона Св. Богородицы, привезённая из Цареграда, писанная, как гласит предание, Св. евангелистом Лукою. Рассказывали о ней чудеса, говорили, между прочим, что, будучи поставлена у стены, она ночью сама отходила от стены и становилась посреди церкви, показывая как будто вид, что желает уйти в другое место. Взять её явно было невозможно, потому что жители не позволили бы этого. Андрей задумал похитить её, перенести в суздальскую землю, даровать таким образом этой земле святыню, уважаемую на Руси, и тем показать, что над этою землёю почиет особое благословение Божие. Подговоривши священника женского монастыря Николая и диякона Нестора, Андрей ночью унёс чудотворную икону из монастыря и вместе с княгинею и соумышленниками тотчас после того убежал в суздальскую землю.

По дороге в Ростов, ночью во сне князю явилась Богородица и велела оставить икону во Владимире. Андрей так и поступил, а на месте видения основал каменный город Боголюбый (ныне Боголюбово), который стал его резиденцией.

После смерти отца (1157) стал князем Владимирским, Ростовским и Суздальским. Став «самовластцем всей Суздальской земли», Андрей Боголюбский перенёс столицу княжества во Владимир. В 1158—1164 годах Андрей Боголюбский пристроил к Владимирскому кремлю так называемый Новый город — земляную крепость с двумя воротными башнями из белого камня. До наших дней из пяти внешних ворот крепости уцелели одни — Золотые Ворота, которые были окованы золочёной медью. Был построен великолепный Успенский собор и другие церкви и монастыри. В это же время под Владимиром вырос укреплённый княжеский замок Боголюбово — основная резиденция Андрея Боголюбского, по названию которой он и получил своё прозвище. При князе Андрее была построена знаменитая Церковь Покрова на Нерли недалеко от Боголюбова. Вероятно, под непосредственным руководством Андрея в 1156 году была построена крепость в Москве (согласно летописи, эту крепость строил Долгорукий, но он в это время находился в Киеве).

По известию Лаврентьевской летописи[6], Юрий Долгорукий взял крестное целование с главных городов Ростово-Суздальского княжества на том, что княжить в нём должны его младшие сыновья, по всей вероятности, рассчитывая на утверждение старших на юге. Андрей на момент смерти отца уступал в старшинстве по лествичному праву обоим главным претендентам на киевское княжение: Изяславу Давыдовичу и Ростиславу Мстиславичу. Удержаться на юге удалось лишь Глебу Юрьевичу (с этого момента Переяславское княжество обособилось от Киева), с 1155 года женатому на дочери Изяслава Давыдовича, и ненадолго — Мстиславу Юрьевичу (в Поросье до окончательного утверждения в Киеве Ростислава Мстиславича в 1161 году). Остальным Юрьевичам пришлось покинуть Киевскую землю, но незначительный удел (Кидекша[7]) на севере получил только Борис Юрьевич, умерший бездетным уже в 1159 году. Кроме того, в 1161 году Андрей выгнал из княжества свою мачеху, греческую царевну Ольгу, вместе с её детьми Михаилом, Васильком и семилетним Всеволодом. В Ростовской земле было два старших вечевых города — Ростов и Суздаль. В своём княжестве Андрей Боголюбский пытался уйти от практики вечевых сходок. Желая править единолично, Андрей прогнал из Ростовской земли вслед за своими братьями и племянниками и «передних мужей» отца своего, то есть больших отцовых бояр. Содействуя развитию феодальных отношений, опирался на дружину, а также на владимирских горожан; был связан с торгово-ремесленными кругами Ростова и Суздаля.

В 1159 году Изяслав Давыдович был изгнан из Киева Мстиславом Изяславичем Волынским и галицким войском, киевским князем стал Ростислав Мстиславич, чей сын Святослав княжил в Новгороде. В том же году Андрей захватил новгородский укрепленный пункт Волок Ламский, основанный новгородскими купцами, и праздновал здесь свадьбу своей дочери Ростиславы с князем вщижским Святославом Владимировичем, племянником Изяслава Давыдовича. Изяслав Андреевич вместе с муромской помощью был послан на помощь Святославу под Вщиж против Святослава Ольговича и Святослава Всеволодовича. В 1160 году новгородцы пригласили на княжение племянника Андрея, Мстислава Ростиславича, но ненадолго: в следующем году Изяслав Давыдович погиб при попытке овладеть Киевом, и в Новгород на несколько лет вернулся Святослав Ростиславич.

В политической жизни Андрей опирался не на родовое боярство, а на младших дружинников («милостников»), которым раздавал в условное владение земли, — прообраз будущих помещиков и дворянства[8]. Проводившаяся им политика усиления самовластия предвещала формирование самодержавия в Московской Руси XV—XVI веков. В. О. Ключевский называл его первым великороссом: «В лице князя Андрея великоросс впервые выступал на историческую сцену, и это выступление нельзя признать удачным. В трудные минуты этот князь способен был развить громадные силы и разменялся на пустяки и ошибки в спокойные, досужие годы»[9].

В 1160 году Андрей предпринял неудачную попытку учредить на подвластных землях независимую от киевской митрополию. Но Константинопольский патриарх Лука Хрисоверг отказался посвятить Феодора, Андреева кандидата, и в митрополиты, и в ростовские епископы, поставив епископом византийца Леона. Некоторое время в епархии имело место фактическое двоевластие: местопребыванием Феодора являлся Владимир, Леона — Ростов. В конце 1160-х годов Андрею пришлось отправить Феодора к киевскому митрополиту Константину, где тот подвергся жестокой расправе — низложенному епископу урезали язык и отрубили правую руку[10][11][12].

Андрей Боголюбский приглашал для строительства владимирских храмов западноевропейских зодчих. Тенденция к большей культурной самостоятельности прослеживается и во введении им на Руси новых праздников, не принятых в Византии. По инициативе князя, как предполагают, были учреждены в Русской (Северо-восточной) церкви праздники Всемилостивому Спасу (1 августа) и Покрова Пресвятой Богородицы (1 октября по Юлианскому календарю).

Поход на Киев (1169)[править | править код]

По смерти Ростислава (1167) старшинство в роду Рюриковичей принадлежало прежде всего Святославу Всеволодовичу черниговскому[13], правнуку Святослава Ярославича (старшими в роду Мономаховичей были правнуки Всеволода Ярославича Владимир Мстиславич, затем сам Андрей Боголюбский). Мстислав Изяславич Волынский занял Киев, выгнав своего дядю Владимира Мстиславича, и посадил в Новгороде своего сына Романа. Мстислав стремился сконцентрировать управление Киевской землёй в своих руках, чему воспротивились его двоюродные братья Ростиславичи из Смоленска. Андрей Боголюбский воспользовался разногласиями и послал войско во главе со своим сыном Мстиславом, к которому присоединились союзники: Глеб Юрьевич, Роман, Рюрик, Давыд и Мстислав Ростиславичи, Олег и Игорь Святославичи, Владимир Андреевич, брат Андрея Всеволод и племянник Андрея Мстислав Ростиславич[13][14]. Карамзин упоминает среди союзников Андрея, участвовавших в походе, князя полоцкого и дружины муромо-рязанских князей. Союзники Мстислава Киевского (Ярослав Осмомысл галицкий, Святослав Всеволодович черниговский, Ярослав Изяславич луцкий, Иван Юрьевич туровский и Всеволодовичи городенские) не предприняли деблокирующего удара под осаждённый Киев. 12 марта 1169 года Киев был взят «копьем» (приступом). Два дня суздальцы, черниговцы, смоляне и полочане грабили «мати руских городов», чего прежде в княжеских войнах никогда не случалось. Множество киевлян были уведены в плен. В монастырях и церквах воины забирали не только драгоценности, но и всю святость: иконы, кресты, колокола и ризы. «Митрополия» Софийский собор был разграблен наравне с другими храмами. «И бысть в Киеве на всих человецах стенание и туга, и скорбь неутишимая». В Киеве вокняжился младший брат Андрея Глеб, сам Андрей остался во Владимире.

Деятельность Андрея оценивается большинством историков как попытка «произвести переворот в политическом строе Русской земли»[15]. Андрей Боголюбский впервые изменил представления о старшинстве в роду Рюриковичей:

До сих пор звание старшего великого князя нераздельно соединено было с обладанием старшим киевским столом. Князь, признанный старшим среди родичей, обыкновенно садился в Киеве; князь, сидевший в Киеве, обыкновенно признавался старшим среди родичей: таков был порядок, считавшийся правильным. Андрей впервые отделил старшинство от места: заставив признать себя великим князем всей Русской земли, он не покинул своей Суздальской волости и не поехал в Киев сесть на стол отца и деда. (…) Таким образом, княжеское старшинство, оторвавшись от места, получило личное значение, и как будто мелькнула мысль придать ему авторитет верховной власти. Вместе с этим изменилось и положение Суздальской области среди других областей Русской земли, и её князь стал в небывалое к ней отношение. До сих пор князь, который достигал старшинства и садился на киевском столе, обыкновенно покидал свою прежнюю волость, передавая её по очереди другому владельцу. Каждая княжеская волость была временным, очередным владением известного князя, оставаясь родовым, не личным достоянием. Андрей, став великим князем, не покинул своей Суздальской области, которая вследствие того утратила родовое значение, получив характер личного неотъемлемого достояния одного князя, и таким образом вышла из круга русских областей, владеемых по очереди старшинства.

В. О. Ключевский.[15]

Поход на Новгород (1170)[править | править код]

В 1168 году новгородцы призвали себе на княжение Романа, сына Мстислава Изяславича Киевского. Первый поход был проведён против полоцких князей, союзников Андрея. Земля была разорена, войска не дошли до Полоцка 30 вёрст. Затем Роман атаковал Торопецкую волость Смоленского княжества. Посланное Мстиславом на помощь сыну войско во главе с Михаилом Юрьевичем и чёрные клобуки были перехвачены Ростиславичами по дороге.

Хронологически между взятием Киева и походом на Новгород летопись ставит рассказ о столкновении новгородцев с суздальцами в Заволочье, победа в котором досталась новгородцам.

Зимой 1170 года пришли под Новгород Мстислав Андреевич, Роман и Мстислав Ростиславичи, Всеслав Василькович Полоцкий, рязанский и муромский полки[16]. На 4-й день осады, 25 февраля, был предпринят штурм, продолжавшийся целый день. К вечеру Роман с новгородцами победил суздальцев и их союзников. Новгородцы пленили так много суздальцев, что продавали их за бесценок (по 2 ногаты).

Однако вскоре в Новгороде наступил голод, и новгородцы предпочли заключить мир с Андреем на всей своей воле и пригласили на княжение Рюрика Ростиславича, а ещё через год — Юрия Андреевича.

Осада Вышгорода (1173)[править | править код]

После смерти на киевском княжении Глеба Юрьевича (1171) Киев по приглашению младших Ростиславичей и втайне от Андрея и от другого главного претендента на Киев — Ярослава Изяславича Луцкого занял Владимир Мстиславич, но вскоре умер. Андрей отдал киевское княжение старшему из смоленских Ростиславичей — Роману. В 1173 году Андрей потребовал от Романа выдачи киевских бояр, заподозренных в отравлении Глеба Юрьевича, но тот отказался. В ответ Андрей приказал ему вернуться в Смоленск, тот послушался. Андрей отдал Киев своему брату Михаилу Юрьевичу, но тот вместо себя послал в Киев брата Всеволода и племянника Ярополка. Всеволод просидел в Киеве 5 недель и был взят в плен Давыдом Ростиславичем. В Киеве ненадолго вокняжился Рюрик Ростиславич.

После этих событий Андрей через своего мечника Михна потребовал и от младших Ростиславичей «в Русской земле не быти»: от Рюрика — уйти к брату в Смоленск, от Давыда — в Берладь. Тогда младший из Ростиславичей, Мстислав Храбрый, передал князю Андрею, что прежде Ростиславичи держали его как отца «по любви», но не допустят, чтобы с ними обращались, как с «подручниками», и остриг бороду послу Андрея, чем дал повод началу военных действий.

Кроме войска Владимиро-Суздальского княжества, в походе участвовали полки из Муромского, Рязанского, Туровского, Полоцкого и Городенского княжеств, Новгородской земли, князья Юрий Андреевич, Михаил и Всеволод Юрьевичи, Святослав Всеволодович, Игорь Святославич; численность войска оценивается летописью в 50 тыс.чел.[17][18]. Ростиславичи избрали другую стратегию, нежели Мстислав Изяславич в 1169 году. Они не стали защищать Киев. Рюрик заперся в Белгороде, Мстислав в Вышгороде со своим полком и полком Давыда, а сам Давыд поехал в Галич просить помощи у Ярослава Осмомысла. Всё ополчение осадило Вышгород, чтобы взять в плен Мстислава, как приказал Андрей. Спустя 9 недель осады Ярослав Изяславич, чьи права на Киев не признали Ольговичи, получил такое признание от Ростиславичей[18][19], двинул волынские и вспомогательные галицкие войска на помощь осаждённым. Узнав о приближении противника, огромное войско осаждавших стало беспорядочно отступать. Мстислав совершил успешную вылазку. Многие, переправляясь через Днепр, утонули. «Так-то, — говорит летописец, — князь Андрей какой был умник во всех делах, а погубил смысл свой невоздержанием: распалился гневом, возгородился и напрасно похвалился; а похвалу и гордость дьявол вселяет в сердце человеку». Киевским князем стал Ярослав Изяславич. Но на протяжении последующих лет ему, а затем и Роману Ростиславичу пришлось уступить великое княжение Святославу Всеволодовичу Черниговскому, с помощью которого после гибели Андрея во Владимире утвердились младшие Юрьевичи.

Походы в Волжскую Булгарию[править | править код]

В 1164 году Андрей провёл первый после похода Юрия Долгорукого (1120) поход на волжских булгар с сыном Изяславом, братом Ярославом и муромским князем Юрием. Противник потерял много людей убитыми и знамёна. Был взят булгарский город Бряхимов (Ибрагимов) и сожжено три других города.

Зимой 1171 года был организован второй поход, в котором участвовали Мстислав Андреевич, сыновья муромского и рязанского князей[20]. Дружины соединились при впадении Оки в Волгу и ждали рати бояр, но не дождались. Бояре идучи не идяху, потому что не время воевать зимою болгар. Эти события свидетельствовали о крайней напряжённости взаимоотношений между князем и боярством, доходившей до такой же степени, до какой дошли в это время княжеско-боярские конфликты на противоположном краю Руси, в Галиче[21]. Князья со своими дружинами вошли в булгарскую землю и начали грабежи. Булгары собрали войско и выступили навстречу. Мстислав предпочёл избежать столкновения из-за неблагоприятного соотношения сил.

В русской летописи не содержится известий об условиях мира, но после удачного похода на волжских булгар в 1220 году племянника Андрея Юрия Всеволодовича мир был заключён на выгодных условиях, по-прежнему, как при отце и дяде Юрия[17].

Святой благоверный князь Андрей Боголюбский (икона). Начало XX века. Государственный Эрмитаж

Поражение войск Андрея Боголюбского при попытке захватить Киев и Вышгород в 1173 году усилило конфликт Андрея с видными боярами (недовольство которых проявлялось ещё во время неудачного похода войск Боголюбского против волжских булгар в 1171 году) и привело к заговору приближённых бояр против Андрея Боголюбского, в результате которого он в ночь с 28 на 29 июня 1174 года был убит своими боярами. Подробный рассказ об убийстве князя («О убьении Андрееве») был записан очевидцем или со слов очевидцев и сохранился в пространной редакции в составе Киевской летописи, в краткой — в составе Владимирской. Точность этого рассказа подтвердило обследование останков князя, произведённое в 1934 году[22].

Историк В. Д. Сиповский приводит, согласно Ипатьевской летописи[23], обстоятельства убийства князя Андрея в княжеском замке в Боголюбово. Заговорщики (бояре Кучковичи, которые были родственниками Боголюбского и некоторое время владели землями на месте будущего города Москвы), сначала спустились в винные погреба, там выпили вина, потом подошли к спальне князя. Один из них постучал. «Кто там?» — спросил Андрей. «Прокопий!» — отвечал стучавший (назвав имя одного из любимых князевых слуг). «Нет, это не Прокопий!» — сказал Андрей, хорошо знавший голос своего слуги. Дверь он не отпер и бросился к мечу, но меч святого Бориса, постоянно висевший над княжеской постелью, был предварительно похищен ключником Анбалом. Выломав дверь, заговорщики бросились на князя. Сильный Андрей Боголюбский долго сопротивлялся. Наконец, израненный и окровавленный, он упал под ударами убийц. Злодеи подумали, что он мёртв, и ушли. Князь очнулся, спустился из своей спальни по лестнице и попытался скрыться за лестничным столбом. Его отыскали по кровавому следу. Убийцы кинулись на него. Андрей в конце молитвы произнёс: «Господи, в руки Твои предаю дух мой!» и скончался[24][25]. Предполагаемое место убиения князя Андрея, находящееся под лестницей лестничной башни, соединённой переходом с Богородице-Рождественским собором Боголюбского монастыря, сохранилось до настоящего времени[26].

Тело князя лежало на улице, пока люд грабил княжеские хоромы. Согласно Ипатьевской летописи, тело князя остался взять лишь его придворный, киевлянин Кузьмище Киянин, который отнёс его в церковь. Только на третий день после убийства игумен Арсений отпел великого князя[27]. Игумену Феодулу (настоятель владимирского Успенского собора и предположительно наместник епископа Ростовского) с клириками Успенского собора было поручено перенести тело князя из Боголюбова во Владимир и похоронить в Успенском соборе. Другие представители высшего духовенства, видимо, не присутствовали на службе.

Вскоре после убийства Андрея в княжестве развернулась борьба за его наследство, причём его уже единственный в то время сын не выступал в качестве претендента на княжение, подчинившись лествичному праву.

В 2015 году при реставрации Спасо-Преображенского собора в Переславле-Залесском была открыта надпись XII века, содержавшая имена 20 заговорщиков — убийц князя (начиная с имён Кучковичей) и описание обстоятельств убийства[28][29].

В Ипатьевской летописи, испытавшей значительное влияние так называемого Владимирского полихрона XIV века[30], Андрей в связи со смертью назван «великим князем».

Василий Ключевский так характеризует Андрея:

Андрей любил забываться в разгаре сечи, заноситься в самую опасную свалку, не замечал, как с него сбивали шлем. Всё это было очень обычно на юге, где постоянные внешние опасности и усобицы развивали удальство в князьях, но совсем не было обычно умение Андрея быстро отрезвляться от воинственного опьянения. Тотчас после горячего боя он становился осторожным, благоразумным политиком, осмотрительным распорядителем. У Андрея всегда всё было в порядке и наготове; его нельзя было захватить врасплох; он умел не терять головы среди общего переполоха. Привычкой ежеминутно быть настороже и всюду вносить порядок он напоминал своего деда Владимира Мономаха. Несмотря на свою боевую удаль, Андрей не любил войны и после удачного боя первый подступал к отцу с просьбой мириться с побитым врагом[15].

Князь был канонизирован Русской православной церковью около 1702 года в лике благоверного. Память 4 (17 июля). Мощи Андрея Боголюбского находятся в Андреевском приделе Успенского собора во Владимире.

Судьба останков[править | править код]

Рака с мощами князя была вскрыта в феврале 1919 года комиссией по осмотру Успенского собора. После врачебного исследования останки были оставлены открытыми для посетителей. В середине 1930-х годов из «антирелигиозного отдела» Владимирского исторического музея (открылся в Георгиевском приделе собора) останки были переданы в Институт истории феодального общества ГАИМК (Ленинград). Там они были подвергнуты анализу в рентгено-антропологической лаборатории Государственного рентгенологического института профессором Д. Г. Рохлиным, подтвердившим летописные данные об обстоятельствах убийства князя[31][32]. В феврале 1935 года останки возвратились в музей, и их экспонировали в центре зала музея на первом этаже в стеклянном саркофаге[33].

Череп был отправлен в 1939 году в Москву Михаилу Герасимову, затем возвращён во Владимир в 1943 году; в конце 1950-х мощи оказались в Государственном историческом музее, где оставались до 1960-х. В 1982 году они были осмотрены судебно-медицинским экспертом Владимирского областного бюро СМЭ М. А. Фурманом, который подтвердил наличие множественных рубленых повреждений скелета князя и преимущественную их левостороннюю локализацию[34].

23 декабря 1986 года Совет по делам религий принял решение о целесообразности передачи мощей в Успенский собор города Владимира. 3 марта 1987 года произошла передача мощей. Они были переложены в раку на то же место в Успенском соборе, где они находились в 1174 году[33].

Андрей Боголюбский основал большое количество храмов, посвящённых Богородице. По преданию через Свою Владимирскую икону Богоматерь помогала войску князя в походе на волжских булгар в 1164 году. В память об этом Андрей учредил праздники — Покрова Пресвятой Богородицы (1 (14) октября) (по одной из версий) и Всемилостивого Спаса и Пресвятой Богородицы (1 (14) августа), которые вошли в литургический обиход Русской церкви.

В окружении князя (отчасти, возможно, и самим князем) был создан ряд литературных произведений, прославляющих Богородицу и содержащих идею о Её покровительстве Владимиро-Суздальскому княжеству: «Сказание о победе над волжскими болгарами», «Слово на праздник Покрова», «Сказание о чудесах Владимирской иконы Божией Матери»[35]. В последнем повествуется о перенесении Владимирской иконы из Вышгорода во Владимир и прославлении Богоматерью Своего образа многими чудесами. В Сказании Андрей Боголюбский предстает ревностным почитателем Богоматери, по молитвам которого к Владимирской иконе было явлено много чудес. По мнению историка А. В. Назаренко, деятельность князя отражает его веру в особое покровительство Богородицы Владимиро-Суздальской земле.

Предположительно, при содействии Андрея Боголюбского была составлена первоначальная редакция жития епископа Ростовского святителя Леонтия. Мощи Леонтия и его преемника святителя Исаии были обретены при закладке ростовского Успенского собора в 1160 году или в ближайшие последующие годы. Вскоре они при непосредственном участии князя Андрея были торжественно перенесены в построенный собор. Согласно Житию Леонтия, князь произнёс: «Хвалю и славлю Тя, Господи… яко сподобил мя еси сицего съкровища в области моего царьствия видети, уже ничем же охужден есмь». Андрей был озабочен тем, что Ростово-Суздальская земля ранее не была прославлена собственными святыми.

В правление Андрея Боголюбского во Владимиро-Суздальской Руси трудами клириков владимирского Успенского собора было начато систематическое летописание. По мнению Я. Н. Щапова, во Владимире при Андрее Боголюбском окончательно сложился тот текст Церковного устава Владимира, который стал основой всех сохранившихся его редакций[22].

В межвоенные годы останками князя Андрея Боголюбского заинтересовался антрополог М. М. Герасимов, и череп был отправлен в Москву, где академик восстановил облик князя своим методом — подлинник (1939)[36] хранится в ГИМ; в 1963 году Герасимов выполнил повторную работу для Владимирского краеведческого музея. Герасимов считал, что череп «европеоиден с определённым тяготением к северо-славянским или даже нордическим формам, но лицевой скелет, особенно в верхней части (орбиты, нос, скуловые кости), имеет несомненные элементы монголоидности» (наследственность по женской линии — «от половцев»)[37].

В 2007 году по инициативе Московского Фонда международного сотрудничества имени Юрия Долгорукого, созданного Распоряжением Правительства Москвы № 211-РМ от 16 марта 1999 года[38], ФГУ Российский центр судебно-медицинской экспертизы Минздравсоцразвития России произвёл новое медико-криминологическое исследование черепа князя. Исследование было проведено профессором В. Н. Звягиным с использованием программы СranioMetr. Оно подтверждает краниологическую экспертизу черепа князя, выполненную коллегой Герасимова В. В. Гинзбургом, добавляя к ней такие детали как горизонтальная профилировка лица, седловидная деформация темени и поворот плоскости лица на 3-5° вправо, однако относит облик князя к среднеевропейскому варианту большой европеоидной расы и отмечает, что признаки североевропейской или южноевропейской локальных рас отсутствуют в нём с вероятностью Pl > 0,984, в то время как монголоидные особенности полностью исключаются (вероятность Pl ≥ 9 х 10-25)[34][39].

  • В 1148 г. отец Андрея Юрий Долгорукий женил сына на дочери казнённого боярина Степана Ивановича Кучки, Улите, отличавшейся необыкновенной красотой. Участвовала в заговоре против мужа и за это в 1175 году была казнена, хотя по другой версии казнили не Улиту, а вторую неизвестную жену Андрея Боголюбского. Улита родила пятерых детей:
    • Изяслав, участник похода против волжских болгар, умер в 1165 году.
    • Мстислав, умер 28 марта 1173 года.
    • Юрий, князь Новгородский в 1173—1175 годах, в 1185—1189 годах муж грузинской царицы Тамары, умер около 1190 года.
    • Ростислава, замужем за Святославом Вщижским.
    • дочь, замужем за Олегом Святославичем Стародубским[40].
    • Глеб Владимирский (1155?—1175), святой. Неизвестен по летописям. Согласно позднейшим источникам, с 12-летнего возраста стал усердно читать духовную литературу, любил беседовать с монахами, отличился христианскими добродетелями, скончался в 20-летнем возрасте незадолго до убиения своего отца[41].

Летописный рассказ о гибели князя прославляет его как храмоздателя, второго царя Соломона, щедрого жертвователя в пользу Церкви, нищелюбца и ревностного распространителя христианства. Отмечается, что Андрей любил молиться в церкви по ночам. Князь назван «угодником» Божием, «страстотерпцем», который «кровью мученичьскою умывся прегрешений своих со братома своима с Романом и с Давыдом» (со святыми Борисом и Глебом). Автор рассказа просит князя молиться «о племени своем… и о земли Руськои». Летопись, предположительно, отражает местное почитание Андрея Боголбского во Владимире при жизни и после смерти.

Андрей Боголюбский был особо почитаем царём Иваном Грозным. Во время подготовки к Казанскому походу, в 1548—1552 годах, царь неоднократно посещал Владимир и указал ежегодно поминать погребенных в Успенском соборе князей и иерархов. Также Иван повелел дважды в год служить торжественные панихиды по князю Андрею: в день его убиения и в день памяти Андрея Первозванного (30 ноября (13 декабря)). При Иване Грозном оформилась, отразившаяся в «Степенной книге», концепция русской истории, согласно которой Андрей Боголюбский, основавший Великое княжество Владимирское, непосредственного предшествовавшее Русскому царству, стоял у корня российского самодержавия[22].

Андрей Боголюбский был прославлен Русской православной церковью в 1702 году, когда его мощи были обретены и положены в серебряную раку во владимирском Успенском соборе, сооружённую на вклад патриарха Иосифа. Почитание установлено в день памяти чтимого на Руси святителя Андрея Критского — 4 (17) июня.

Часовня Святого Андрея Боголюбского в Боголюбском монастыре

Во имя святого в России освящены два храма в Москве (в Петропавловском и Ильинском благочиниях), часовня в Боголюбском монастыре (на месте, где, по преданию, лежало брошенное убийцами тело князя) и приделы в кафедральном соборе Успения Пресвятой Богородицы во Владимире, храме Боголюбской иконы Божией Матери в городе Пушкино и храме Иерусалимской иконы Божией Матери за Покровской заставой в Москве.

ru.wikipedia.org

Археологи РАН нашли на стене храма список убийц князя Андрея Боголюбского

ВСЕ ФОТО Научное открытие удалось сделать при реставрации Спасо-Преображенского собора в Переславле-Залесском Ярославской области
Города и Страны Надпись, в которой упоминается убийство почти 850-летней давности, была обнаружена ровно посередине южной апсиды собора. Она сделана в два столбца, обведенных в общую рамку с крестом сверху
Институт археологии РАН Андрей Боголюбский стал вторым правителем Северо-Восточной Руси, придя к власти после смерти своего отца Юрия Долгорукого в 1157 году
wikipedia.org

Ученые Российской академии наук обнаружили список соучастников политического убийства, совершенного еще в домонгольский период древнерусского государства. Тогда от рук заговорщиков погиб князь Северо-Восточной Руси Андрей Боголюбский.

Научное открытие удалось сделать при реставрации Спасо-Преображенского собора в Переславле-Залесском Ярославской области, сообщает РИА "Новости" со ссылкой на пресс-службу Института археологии РАН.

Уникальная надпись с именами убийц князя была найдена и исследуется московскими эпиграфистами - профессором ВШЭ Алексеем Гиппиусом и научным сотрудником Института славяноведения РАН Саввой Михеевым. Это древнейший датированный письменный памятник Северо-Восточной Руси.

По словам ученых, надпись чуть было не уничтожили во время реставрации. От невосполнимой культурной потери спасло лишь вмешательство научных сотрудников Переславль-Залесского музея-заповедника. Они настояли на том, чтобы реставраторы отмывали стены собора водой под давлением, а не чистили их абразивом, как предполагалось сначала.

Надпись, в которой упоминается убийство почти 850-летней давности, была обнаружена ровно посередине южной апсиды собора. Она сделана в два столбца, обведенных в общую рамку с крестом сверху. Левый столбец содержит полный перечень имен убийц Андрея Боголюбского, проклятие им и несколько пока не прочитанных строк, а правый - краткое сообщение об убийстве. В правом столбце говорится: "Месяца июня 29 убиен бысть князь Андрей своими паробкы (слугами), овому вечная память, а сим - вечная мука". Дальше текст не читается. По словам Алексея Гиппиуса, фраза "овому (то есть князю) вечная память, а симъ (заговорщикам) вечная мука" говорит о том, что надпись была сделана уже после казни.

Левый столбец включает список убийц примерно из 20 имен. Три первых имени известны по летописи - это Петр Кучков, зять Андрея Боголюбского, его братья Амбал и Яким Кучковичи. Затем значительная часть текста утрачена, а в конце есть три имени, которые известны не были: Ивка, Петрко и Стырята. Последнее имя может быть прозвищем, образованным от слова "стырь" (рулевое весло). Далее написано проклятие в адрес убийц, а окончание столбца пока остается непрочитанным.

Ученые пока не могут ответить на вопрос, почему надпись, посвященная убийству Андрея Боголюбского, находится в Переславле. Ведь князь был убит в Боголюбове, а столицей княжества был город Владимир.

"Похоже, что это официальный текст, который был разослан по всем городам епархии и высечен в назидание потомкам на стенах их главных храмов. Конечно, неслучайно расположение его на таком стратегически важном месте, как алтарная апсида. Теоретически можно было бы поискать такие надписи на других храмах княжества", - говорит Алексей Гиппиус.

Археологи считают обнаружение такой надписи большой и неожиданной удачей. "Убийство князя (Андрея Боголюбского. - Прим. NEWSru.com) - одно из самых загадочных событий второй половины XII века, - говорит академик Николай Макаров, директор Института археологии РАН. - Можно полагать, что это событие - следствие острых конфликтов среди политической элиты Владимиро-Суздальской земли".

По словам академика Макарова, "детали этих конфликтов, которые часто интерпретируют как столкновение княжеской власти и боярства, нам неизвестны". А найденная надпись дает возможность получить новые сведения о событиях 1174 года, известных ранее по летописному рассказу.

Убийство Андрея Боголюбского

Андрей Боголюбский стал вторым правителем Северо-Восточной Руси, придя к власти после смерти своего отца Юрия Долгорукого в 1157 году. В правлении Андрея впервые стали четко прослеживаться деспотические принципы. Боголюбский, нарушая прежние традиции, изгнал старшую дружину (бояр) своего отца, а перед этим аналогичным образом избавился от младших братьев и племянников.

Андрей также перенес столицу своего княжества из Суздаля в более молодой Владимир, где отсутствовали вечевые традиции самоуправления.

Добиваясь от своего окружения покорности, Боголюбский создал благоприятную почву для того, чтобы его приближенные "копили в себе" недовольство и в конце концов составили заговор против него.

А поводом для убийства стало решение князя казнить брата его жены. Братья казненного во главе с Петром Кучковичем и другими приближенными князя, общее число которых составило 20 человек по летописи, в ночь на 29 июня 1174 года пришли к дверям его покоев в Боголюбове и умертвили князя.

Чтобы Андрей не мог оказать активного сопротивления, его слуга, ключник Анбал, потихоньку вынес из спальни хозяина меч. Ночью убийцы перебили дворцовую стражу, но в княжескую опочивальню пойти сразу не решились, а отправились в винный погреб, где напились для храбрости. Затем двое из них поднялись наверх и постучали в запертую дверь спальни. Проснувшийся князь спросил, кто его тревожит в неурочный час. Один из убийц назвался княжеским любимцем Прокопием. Его голос князь хорошо знал и, заподозрив неладное, бросился искать меч. В это время убийцы выломали дверь и ворвались в княжеские покои, приводит летописный рассказ историк Игорь Данилевский в книге "Древняя Русь глазами современников и потомков", размещенной на портале Mreadz.com.

В завязавшейся борьбе Андрею, который, несмотря на свой почтенный возраст, обладал недюжинной силой, удалось повалить одного из нападавших на пол. Однако другие заговорщики, вооруженные мечами, саблями и копьями, нанесли Андрею несколько ран. Кто-то, подойдя к князю со спины, отсек ему левое плечо. Скорее всего, Боголюбский потерял сознание и упал.

В неразберихе злоумышленники приняли за Андрея своего товарища, сбитого с ног. Они добили его, а потом вынесли труп во двор. Лишь там заговорщики осознали свою ошибку и стали снова разыскивать Андрея, который заполз под сени, пытаясь спрятаться. Стоны раненого князя выдали его, и Боголюбский был убит.

Примечательно, что после этого жители Владимира, демонстрировавшие прежде полную покорность Андрею, разграбили дома княжеских людей, посадников и управителей, перебив их самих и их слуг. Начались массовые грабежи и в Боголюбове. Вероятно, за этим скрывалась накопленная неприязнь к князю, который демонстрировал грубость и вспыльчивость.

В XVIII веке Андрей Боголюбский был причислен к лику святых. А историки дают его правлению достаточно критическую оценку. "Современники готовы были видеть в Андрее проводника новых государственных стремлений. Но его образ действий возбуждает вопрос, руководился ли он достаточно обдуманными началами ответственного самодержавия или только инстинктами самодурства", - написал о Боголюбском Василий Ключевский.

www.newsru.com

Андрей Боголюбский был похож на обычного русского мужика!

Пока во Владимире решается вопрос где стоять памятнику князю Андрею Боголюбскому, ученые сделали неожиданное заключение. Князь выглядел не так, как мы его представляли по реконструкции профессора Герасимова - с ярко выраженными монголоидными чертами лица. Он был явным европейцем!

Откуда же в князе монгольская кровь?

В сороковых годах прошлого века известный антрополог и судебный медик профессор Михаил Михайлович Герасимов воссоздает по костям черепа скульптурный портрет Андрея Боголюбского. Согласно этой реконструкции, князь имел скуластое лицо, приплюснутый нос... В общем его облик мало сочетался с представлениями о внешнем виде типичного русака домонгольского периода. Историки даже нашли объяснение этому: мать князя была половецкой княжной. Потому, мол, и князь так похож на степняка.

Были и другие примечательные особенности в облике Боголюбского.

В мае 1982 года я, как судмедэксперт, с разрешения директора Владимиро-Суздальского музея-заповедника Алисы Аксеновой осмотрел в фондах музея останки князя. Вот краткая стенограмма моих дневниковых записей: "По длине и массивности трубчатых костей конечностей можно предположить, что князь был мужчиной среднего роста, крепкого телосложения. Рассматривая шейные позвонки, отмечаю редкую деталь - срастание 2 - 3-х шейных позвонков слева, обусловившее значительное ограничение движений шеи. Именно этой аномалией объясняется факт, упоминаемый в летописях: А. Боголюбский всегда держал голову прямо, не склоняя ее, что рассматривалось как проявление гордыни и самоуверенности... "

Что касается причин смерти. То его насильственная гибель не вызывала сомнений. Из тех же записей:

"... В правой лобной области вижу повреждение через всю толщу кости, сужающееся у концов. Можно предположить, что сквозное ранение черепа возникло от острого колющего оружия - копья и т. п. Удар был нанесен с очень значительной силой. Сзади, в верхнем отделе затылочной кости слева, имелось иное повреждение, не проникающее в полость черепа. По морфологии - это надруб кости от удара топором или мечом. Остальные ранения, всего порядка восьми, располагались на костях конечностей, все они образовались от ударов рубящим оружием ( мечи, боевые топоры, сабли)"

В марте 1987 года останки Андрея Боголюбского вновь перенесли в Успенский собор, где торжественно захоронили в почетной усыпальнице, передав их на постоянное хранение Епархии и общине Успенского собора.

Боголюбский был типичным русаком!

Среди тех, кто настойчиво доказывал государственную важность и необходимость повторного изучения скелета Андрея Боголюбского, был заведующий отделом судебно-медицинской идентификации личности Российского центра судебно-медицинской экспертизы, профессор Виктор Звягин. Он участник многих известных экспертиз особой сложности, проводившихся по заданиям Правительства России и Генпрокуратуры. В том числе: идентификации останков Российского императора Николая II и членов его семьи, жертв крушения теплохода "Адмирал Нахимов", исследования останков мореплавателя Витуса Беринга, членов его экипажа, адмирала Русского флота Федора Ушакова...

- Для владимирских судмедэкспертов не новость, что я долгие годы следил за судьбой останков князя Андрея, - сказал Виктор Николаевич. - Одновременно изучил материалы по его отцу - Юрию Долгорукому, предположительно захороненному в Киево-Печерской лавре. Естественно, наилучшим объектом для сравнения с возможными останками основателя Москвы может стать скелет его сына.

Получив поддержку в фонде Юрия Долгорукого и благословение на исследование останков Андрея Боголюбского непосредственно в Успенском соборе у Архиепископа Владимирского и Суздальского Евлогия, ученый приступил к работе.

25 июля 2007 года останки Андрея Боголюбского вновь предстали перед судебными медиками. Вся предварительная работа в правом крыле Успенского собора со вскрытием раки-усыпальницы, заняла у профессора Звягина и сотрудницы его отдела Нины Нариной около трех дней. Через полгода, в феврале 2008-го во Владимирское бюро судмедэкспертизы на четырнадцати страницах машинописи поступили первые результаты исследований. Вот самый главный вывод: "Таким образом, мнение проф. М. М. Герасимова (1949 г.) о наличии монголоидных особенностей внешности Андрея Боголюбского, основанное на визуальном анализе краниологических данных, является субъективным, не подтверждается результатами настоящего исследования. Выводы: исследуемый череп достоверно принадлежал мужчине европеоидной расы с внешностью, характерной для представителей средне-европейского антропологического типа".

Памятник должен быть похожим!

В марте Владимир Звягин специально приехал во Владимир, чтобы встретиться со скульптором Игорем Черноглазовым. Его проект памятника Андрею Боголюбскому победил в городском конкурсе. Но проект создавался с учетом реконструкции Герасимова! Так что историческая справедливость требовала поправки.

Отличия, по сравнению со "старым" скульптурным портретом весьма существенны, их и прокомментировал профессор Звягин:

Брови на нашем портрете опущены ниже, надбровные дуги средние, не столь массивные, разрез глаз горизонтальный, не удлиненный, скулы не выступающие, лицо в целом достаточно узкое. Ну, и самое главное. Во времена М. Герасимова вообще не существовало методики определения расы по черепу, которая сейчас доступна любому судмедэксперту, антропологу. По расовым признакам череп Боголюбского принадлежит не к монголоидной расе, а к чистому европеоиду. Внешне это был мужчина средне-европейского типа, эдакий мужик из владимирской или ярославской губернии, которого можно встретить в любом людном месте…Боголюбский должен предстать перед нами в облике воина-всадника - сильного, крупного, мужественного мужчины, достаточно высокого для того времени роста - в 170-172 сантиметра.

А как же половецкая княжна - мать Боголюбского? С трудом верится, чтобы восточная кровь не нашла свое отражение в облике князя. Вот тут и выясняется, что половцы никоим образом не относились к монголоидной расе. Подобно печенегам, булгарам (предкам нынешних болгар) - это были типичные европейцы.

Был ли князь Боголюбский блондином? Пока трудно сказать. Но то, что он был типичным европейцем - сомнений практически не вызывает.

В дальнейших планах ученого - энтузиаста продолжение исследований по Юрию Долгорукому в Киеве с надеждами, что черты внешности и генетический код сына помогут окончательно идентифицировать отца - основателя Москвы.

ИЗ ДОСЬЕ "КП"

В ряду выдающихся деятелей русской истории особое место занимает личность Великого князя владимирского Андрея Боголюбского. С юных лет он отличался мужеством и храбростью в сражениях, в довольно зрелом возрасте покидает благополучный Киев, уходя к северу на непредсказуемую, раздираемую княжескими междоусобицами, Владимиро-Суздальскую Русь. Во многом, благодаря ему, Владимир стал крупнейшим политическим, культурным и экономическим центром Руси.

Согласно летописям, на 63-ем или 64-ом году жизни, в ночь с 28 на 29 июня 1174 года, он был убит в своем родовом поместье под Владимиром. Обстоятельства его гибели издавна приобрели детективный оттенок. Среди множества версий есть и политика, и даже месть со стороны родственников за поруганную честь одной местной девицы.

Не менее загадочной оказалась и судьба останков князя. Тело Андрея Боголюбского, спустя неделю после смерти, было перенесено в недавно возведенный Успенский собор, помещено в специально устроенную усыпальницу (раку ). В течении последующих столетий останки Боголюбского неоднократно перемещались, побывали в музеях Владимира и Москвы, однако до 1936 года не подвергались серьезным исследованиям.

www.kp.ru

Загадочные артефакты древности: Агриков-меч

В русских былинах и преданиях зовётся он меч-кладенец или меч-самосек. А выковал его Агрик - сын царя Ирода, жестокого тирана, известного по библейским текстам и трудам римского историка Иосифа Флавия.

По преданию, меч этот испускал во тьме голубоватое свечение и имел сверхъестественные свойства: рубил в шепки любые воинские доспехи. В бой с богатырём, вооружённым мечом Агрика, враги даже не вступали, поворачивали вспять. Как меч оказался на Руси? 

На этот вопрос нет ответа. В былинах есть только рассказы о том, как меч-кладенец богатыри получают из рук Святогора или находят его в глубокой пещере. Но вот что интересно. Летописи свидетельствуют, что одним из самых бесстрашных полководцев Древней Руси был князь Андрей Боголюбский (род. около 1109 г.).

В 1149 году «обеступленный» (окружённый) врагами, на раненом коне, князь выхватил меч и, просто высоко держа его над головой, сумел прорваться к своим. Очевидно, это был тот самый момент, когда для устрашения врага достаточно было лишь продемонстрировать чудо-оружие.

В Крестовоздвиженском храме князю Петру является отрок и показывает Агриков меч, лежащий в расщелине алтарной стены

Так при каких же обстоятельствах у Андрея Боголюбского появился заветный меч? А вот при каких. Отцом Андрея был Юрий Владимирович Долгорукий, князь Ростовско-Суздальской земли.

До 1149 года летописные источники о жизни молодого князя ничего не говорят. Исследователи А. Рыбалка и А. Синельников в книге «Тайны русских соборов» делают предположение о том, что после смерти жены-половчанки Юрий Долгорукий отправил свадебное посольство во главе со своим сыном-отроком Андреем в Византию, к Елене Комнин.

Сватовство прошло успешно, и невеста увезла на Русь в качестве приданого, кроме прочего, икону Богородицы «Умиление», написанную самим Лукой Евангелистом, прославившуюся впоследствии как икона Владимирской Божией Матери.

Но как после этого сложилась судьба самого Андрея Боголюбского, «основоположника обустроенной русской государственности» (так назвал его известный русский историк СМ. Соловьёв)? По мнению вышеназванных исследователей, Боголюбский принял участие в крестовых походах и вступил в орден тамплиеров.

В подтверждение своей точки зрения эти авторы приводят следующие строки из старообрядского «Жития Андрея Боголюбского»: «Многая леты в Святая Земли Иерушаломе Граде бываху у Святого Гроба в посте и молитве, служа присно дево Марии Богородице вправду и без корысти, премногая мудрости наповняхусь, яко бе Шоло-мон царь, во храме его Святая Святых пребывахом».

Нелишним при этом будет напомнить, что полное название ордена тамплиеров звучит так: «Братство бедных слуг Христовых, всадников Девы Марии, Иерусалимской Богородицы Соломонова храма».

Известно, что тамплиеры вели раскопки на месте храма Соломона, и, по некоторым данным, с большим успехом. Орден стал владельцем чаши Грааля, плащаницы, названной позднее Туринской, и Агрикова меча. Когда же Андрею Боголюбскому пришло время возвратиться на Русь, тамплиеры преподнесли ему в качестве вознаграждения за заслуги заветное оружие.

Ну а после убийства князя, с началом усобицы, во время которой любимый князем Андреем град Владимир переходил из рук в руки, меч спрятали в одном из монастырей города Мурома.

«Будет мне смерть от Петрова плеча»

Через несколько десятков лет судьба меча переплелась с судьбами муромского князя Петра и его жены Февронии (конец XII - начало XIII вв.). Содержание «Повести о Петре и Февронии», принадлежащей перу церковного писателя Ермолая-Еразма, известно читателям. Зачин её, основанный на муромских преданиях и легендах, содержит упоминание об Агриковом мече.

Началось всё в Муроме в годы правления князя Павла, старшего брата Петра. У Павла была красавица жена, к которой в отсутствие мужа повадился прилетать крылатый змей, принимавший его облик. Княгиня обо всём поведала мужу. Князь долго думал, как извести «врага рода  человеческого», и придумал.

«Выведай у змея, - сказал он супруге, - какой смертью суждено ему умереть». Хотя задача была очень трудной, княгиня сумела выведать тайну. «Будет мне смерть от Петрова плеча, от Агрикова меча», - признался змей. Младший брат Павла Пётр слышал об  Агриковом мече, но не знал, где его искать. Решив уповать на помощь Бога, пошёл молодой князь в церковь и стал в уединении молиться. И явился ему ангел в образе отрока и сказал: «Я укажу тебе, где скрыт Агриков меч, иди за мной».

 Он повёл Петра в алтарь, где в щели между камнями алтарной стены лежал этот меч. Поговорив с Павлом в его покоях и показав ему меч. Пётр пошёл навестить княгиню. И что же он видит? Рядом с княгиней сидит его брат, которого он только что оставил в дальних покоях.

Удостоверившись, что в покоях княгини оборотень, Пётр поразил его Агриковым мечом. Но в предсмертных судорогах змей забрызгал князя своей кровью, и тот покрылся гноящимися язвами. Ну а дальше — рассказ о выздоровлении князя благодаря врачеванию девы Февронии.

Что же скрыто за этой легендой? Может, в «заповедных и дремучих, страшных муромских лесах» действительно водились крылатые змеи, принимавшие человеческий облик? А может, скрыты в ней вполне земные дела?

Мог ведь какой-то недруг Павла втереться в княжеское окружение, попытаться соблазнить княгиню, чтобы выведать, где хранится заветный меч. Не получилось. Но на «последнем издыхании» мог этот оборотень, к примеру, плеснуть в лицо князя Петра какой-нибудь яд...

И сошлись Хостоврул с Евпатием

Ясно, что драгоценную реликвию стали беречь пуще прежнего. Правда, лежать мечу «без движения» пришлось недолго. Зимой 1237 года к пределам Руси подошли 140 тысяч монгольских конников во главе с Батыем (многие исследователи называют и другую цифру - 300 тысяч человек). Муромо-Рязанское княжество отчаянно сопротивлялось. И всё же 21 декабря Рязань пала.

Но вскоре один из воевод рязанского князя Юрия Игоревича - Евпатий Коловрат, бывший в долгой отлучке, собрал дружину в 1700 человек, и 15 января 1238 года пять тысяч монгольских воинов под предводительством шурина Батыя Хостоврула сошлись в битве с дружинниками Евпатия.

Летопись сообщает: «И съехался Хостоврул с Евпатием. Евпатий же был исполнен силою и рассёк Хостоврула на полы (на две половины. - А.О.) до седла. И стал сечь силу вражью, и многих тут знаменитых богатырей Батыевых побил, одних пополам рассёк, а других до седла разрубил».

В быстротечной схватке отряд Хостоврула был практически весь уничтожен, что озадачило Батыя. Даже если признать, что Евпатий Коловрат был богатырём из богатырей, всё равно как он мог один расправиться с десятками хорошо вооружённых врагов? Может, у Коловрата в руках был Агриков меч? Может, за ним и отлучался он из Рязани, когда узнал о надвигающейся угрозе?

Столкнувшись с невиданным доселе сопротивлением, Батый решил окружить стоянку отряда Коловрата, у которого в живых остались лишь четыреста дружинников, многотысячным войском и подвезти «пороки» (метательные орудия). Не вступая в открытую схватку, монголы забросали отважных русичей камнями. А потом по приказу Батыя воины принесли к нему тело Евпатия Коловрата.

В «Повести о разорении Рязани Батыем» говорится: «И сказал царь Батый, глядя на тело Евпатьево: «О, Коловрат Евпатий! Хорошо ты меня попотчевал с малою своею дружиною, и многих богатырей сильной орды моей побил, и много полков разбил. Если бы такой вот служил у меня, держал бы его у самого сердца своего». И отдал тело Евпатия оставшимся людям его дружины, которых похватали на побоище. И велел царь Батый отпустить их и ничем не вредить им».

Директива Гитлера

Знал ли Батый о существовании Агрикова меча? Трудно сказать. По крайней мере, приведённые слова из «Повести о разорении Рязани» внушают надежду, что чудо-меч был вынесен с поля боя оставшимися в живых русскими воинами.

Подтверждением того, что пределов Руси меч не покидал, являются события, случившиеся более чем через семьсот лет после той битвы.

По некоторым данным (материалы засекреченной организации «Аненербе», действовавшей в составе СС), в декабре 1941 года фельдмаршал фон Бок получил директиву Гитлера о запрете обстрелов и бомбёжек пятикилометровой зоны вдоль Оки, от Рязани до Мурома.

В эти места была десантирована группа коммандос из «Аненербе», занимавшейся самыми секретными делами рейха: от создания «техно-магических» дисколётов и другого Wunderwaffe («чудо-оружия») до поиска чаши Грааля и Агрикова меча. Декабрь, конечно, не самый подходящий месяц для поисков и раскопок, тем более в условиях боевых действий.

Но, по всей видимости, гитлеровцы располагали достоверными сведениями о нахождении на Рязанщине чудо-меча. Некоторые исследователи считают, что почерпнуть такие сведения они могли из российского летописного свода, перекочевавшего за границу во время революции 1917 года и гражданской войны.

Действительно, «научные сотрудники» из «Аненербе» прошерстили все оккупированные страны Европы, пытаясь найти указанные артефакты или свидетельства о них. Зачем было нужно Гитлеру оружие давно минувших дней? Оно что, могло составить конкуренцию «Катюше» или «Т-34»?

Надо знать, что идеология фашизма произрастала из оккультно-мистических корней, питаемых всем, чем угодно: от теории превосходства «нордической расы» до «откровений» германских языческих жрецов. Находилось в ней место и артефактам, которые Гитлер хотел «поставить рядом с собой для ощущения вселенской силы и могущества».

Что касается гитлеровских коммандос, засланных в муромские леса, то, говорят, выбраться за линию фронта смогли только двое из них, с обмороженными и пустыми руками.

Из журнала "Чудеса и приключения" (2013)

paranormal-news.ru

Как правил и как погиб Андрей Боголюбский

Великий князь владимирский Андрей Боголюбский, причисленный Русской православной церковью к лику святых, является одним из самых выдающихся правителей в древнерусской истории. Его жизненный путь отмечен многочисленными победами, а смерть была мученической, принятой от рук предателей из собственного окружения. Верующий человек, Андрей умер с молитвой на устах. Произошло его убийство 845 лет назад, 29 июня 1174 года.

Сын Юрия Долгорукого


Будущий князь Владимирский, Андрей Боголюбский родился примерно в 1111 году в семье Юрия Владимировича Долгорукого, князя ростово-суздальского и великого князя киевского, который считается основателем Москвы, нынешней столицы государства российского. Матерью Андрея была Анна, дочь половецкого князя Каипа (Аепы), которую тот в 11-летнем возрасте выдал замуж за князя Юрия Долгорукого. Таким образом, в жилах Андрея Боголюбского текла и половецкая кровь.

Молодые годы Андрея практически не освещены в исторической литературе, поскольку нет источников, которые бы давали хоть какую-то информацию. Известно, что в 1146 году, когда Андрею было уже 35 лет, он изгнал из Рязани Ростислава Ярославича, а в 1149 году Андрей получил от Юрия Долгорукого Вышгород, став князем вышгородским. Во время похода против Изяслава Михайловича Андрей очень хорошо себя зарекомендовал при осаде Луцка, хотя город взять и не удалось.


Юрий Долгорукий

В 1148 году Юрий Долгорукий женил 37-летнего сына на дочери казненного боярина Степана Кучки Улите, которая отличалась красотой. В течение жизни Улита родила Андрею пятерых детей – Изяслава (умер в 1165), Мстислава (умер в 1173), Юрия (умер 1190), Глеба (умер в 1175 году в 20 лет, причислен к лику святых) и дочь Ростиславу.

В 1152 году Андрей участвовал в осаде Чернигова, где получил тяжелое ранение. В 1153 году Юрий Долгорукий сделал Андрея князем рязанским, однако в результате нападения на Рязань Ростислава Ярославича, заручившегося поддержкой половецкой орды, Андрей был вынужден бежать из Рязани. Сохранилось предание, что бежал он из города в одном сапоге.

Когда Юрий Долгорукий окончательно утвердился в Киеве, он вновь сделал Андрея князем вышгородским.

В Вышгородском женском монастыре Андрей в буквальном смысле выкрал очень почитаемую местными жителями икону Богородицы. Когда в 1155 году Андрей уехал во Владимир-на-Клязьме, он забрал чудотворную икону с собой и она, получившая название Владимирской иконы Божьей матери, впоследствии превратилась в одну из главнейших православных святынь Руси.

По преданию, икона Богородицы была привезена из Царьграда (Византия), а написал ее сам евангелист Лука. Икону уже в то время наделяли чудесными свойствами – якобы она сама отходила от стены ночью и становилась посередине церкви. Андрей очень хотел обладать этой иконой, но взять ее открыто было невозможно, поскольку это не позволили бы местные жители. Поэтому с помощью священника Николая и диакона Нестора Андрей выкрал икону ночью и скрылся в суздальской земле. Ночью Андрею явилась во сне Богородица и велела оставить икону во Владимире. Князь так и поступил, а на том месте, где ему явилась Матерь Божья, основал город Боголюбый (Боголюбово).

Князь Владимирский и Суздальский


В 1157 году скончался Юрий Долгорукий. Андрей стал после смерти отца князем Владимирским, Ростовским и Суздальским. Он перенес свою столицу во Владимир, пристроив к Владимирскому кремлю Новый город – земляную крепость с двумя каменными башнями. При этом сам Андрей предпочитал жить в замке Боголюбово, по названию которого и стали вскоре называть самого князя.

Годы правления Андрея Боголюбского характеризовались бурным развитием Владимиро-Суздальской земли. Так, именно тогда была построена Церковь Покрова на Нерли. Не исключено, что и Москву строил именно Андрей Боголюбский, а не его отец Юрий Долгорукий, который был слишком занят делами в Киеве и мог лишь отдать указание о строительстве города. Одним из первых Андрей стал приглашать для строительства объектов на своих землях западноевропейских зодчих, понимая тогдашнее превосходство Европы в архитектуре и строительном деле.

Надо отметить, что богобоязненный Андрей, тем не менее, весьма лихо боролся за власть. Он прогнал из княжества свою мачеху княгиню Ольгу со своими сводными братьями Михаилом, Васильком и Всеволодом. Вслед за мачехой отправились и другие родственники князя, а также приближенные к покойному отцу бояре. Андрей стремился опираться на свою дружину, а также завязал тесную дружбу с крупными торговцами Ростова, Суздаля и Владимира, рассматривая горожан как еще одну свою опору.

В 1159 году дружина Андрея захватила Волок Ламский, построенный новгородцами. Здесь Андрей отпраздновал свадьбу своей дочери Ростиславы с князем вщижским Святославом Владимировичем, племянником Изяслава Давыдовича. Расширяя свои владения, Андрей старался не обделять младших дружинников, в которых видел противовес боярству. Он выделял им земельные наделы и всячески поддерживал, понимая, что именно они являются его главной опорой в противостоянии с родовым боярством.

Ко времени правления Андрея Боголюбского относится и попытка создания независимой от Киева митрополии во Владимире, однако патриарх Константинопольский Лука Хрисоверг не утвердил Феодора митрополитом и назначил епископом Ростова византийского священнослужителя Леона. Леон базировался в Ростове, а Феодор во Владимире. В конце концов, Андрей был вынужден направить Феодора в Киев, где епископу отрезали язык и отрубили правую руку.

Взятие Киева и война с Новгородом


Андрей Боголюбский отметился и многочисленными военными походами, участвуя в борьбе за власть на просторах Руси. В 1169 году Андрей Боголюбский, воспользовавшись сумятицей в Киеве, направил туда свое войско под командованием сына Мстислава Андреевича. К владимирскому войску присоединились дружины полоцкого и муромо-рязанских князей. 12 марта 1169 года войско суздальское взяло Киев штурмом. Два дня продолжался грабеж Киева. Многих жителей города увели в плен, были разграблены киевские церкви и монастыри. В Киеве стал править младший брат Андрея Глеб, а сам Андрей Боголюбский предпочел остаться во Владимире.

Впервые в истории Древней Руси Андрей Боголюбский решил изменить порядок старшинства князей. Прежде князь, переходя править в Киев, покидал свою вотчину, но Андрей Боголюбский остался во Владимиро-Суздальской земле. Из-за этого статус Суздальщины многократно вырос и именно с Владимиро-Суздальской земли началось формирование и развитие будущего единого русского государства.

Зимой 1170 года войско под командованием сына Андрея Мстислава, в составе суздальских, рязанских и муромских дружинников, прибыло под Новгород и начало осаду этого великого русского города. Утром 25 февраля суздальцы пошли на штурм Новгорода, однако новгородцам удалось одержать победу и взять в плен множество суздальских дружинников. Мир с Андреем Боголюбским был заключен новгородцами лишь потому, что вскоре в городе начался голод и в сложившейся ситуации новгородцы решили, что лучше помириться с серьезным соперником, чем продолжать вражду.

Помимо Киева и Новгорода Андрей Боголюбский дважды организовывал масштабные походы в Волжскую Булгарию. Эта страна была восточным соседом Руси, а населявшие ее тюрки-булгары преимущественно исповедовали ислам. В 1164 и 1171 гг. войско Андрея Боголюбского дважды вторгалось в Волжскую Булгарию. В первый раз суздальцам удалось взять город Бряхимов и сжечь еще три города, а во второй раз Мстислав Андреевич, командовавший суздальским войском, предпочел избежать столкновения, увидев, что булгары собрали очень многочисленную армию и соотношение сторон складывается не в пользу суздальцев.

Убийство Андрея Боголюбского

Неудачный поход суздальского войска на Киев в 1173 году вызвал недовольство части крупных бояр княжества. Пожилой 60-летний Андрей удовлетворял интересы бояр все меньше и меньше и они решили составить заговор, чтобы устранить стареющего князя. Возглавили заговор бояре Кучковичи, договорившиеся с ключником Анбалом. Именно Анбал похитил висевший над постелью Андрея Боголюбского меч Святого Бориса, из-за чего князь не смог оказать сопротивления заговорщикам.

В ночь с 28 на 29 июня 1174 года бояре Кучковичи спустились в винный погреб, где выпили для смелости вина, а затем пошли в спальню князя. Когда они постучали к Андрею Боголюбскому, князь поинтересовался, кто за дверью. Один из бояр назвал имя Прокопия – любимого слуги князя. Но Андрей, который прекрасно знал голос своего помощника, понял, что его обманывают и насторожился. Он не стал отпирать дверь, а вскочил и хотел было схватить меч. Но меча не было на месте. В это время бояре Кучковичи выломали дверь в княжеские покои и набросились на Андрея.

Боголюбский, несмотря на возраст, отличался недюжинной физической силой. Он долго дрался с боярами, пока все же не упал под их ударами. Подумав, что князь мертв, Кучковичи вышли из опочивальни. Андрей вскоре очнулся и кое-как вышел из своей спальни, попытавшись скрыться на лестнице за столбом. Но бояре обнаружили кровавый след и вскоре нашли и самого Андрея. Боголюбский начал читать молитву, произнеся в конце ее: «Господи, в руки Твои предаю дух мой!». После этих слов он скончался под ударами убийц. Бездыханное тело Андрея Боголюбского вытащили на улицу.

Верный слуга Андрея Боголюбского Кузьмище Киянин отнес тело своего господина в церковь, но лишь на третий день после убийства Андрея Боголюбского отпел игумен Арсений. Тело князя перенесли из Боголюбова во Владимир, где и похоронили в монастыре. В 2015 году, когда в Спасо-Преображенском соборе в Переславле-Залесском шли реставрационные работы, историки обнаружили надпись XII века, которая содержала подробное описание обстоятельств убийства Андрея Боголюбского и имена 20 участников заговора с целью устранения князя.

К лику святых Русской православной церкви Андрей Боголюбский был причислен многие столетия после своей трагической гибели. Его канонизировали в 1702 году, а днем памяти сделали 4 (17) июля. Мощи Святого Андрея Боголюбского находятся в Андреевском приделе Успенского собора во Владимире.

Князь был мудрым и смелым человеком


Каким был князь, причисленный к лику святых, человеком? Сейчас об этом трудно судить, ведь есть лишь отрывочные источники в виде старинных летописей. Тем не менее, великий русский историк Василий Осипович Ключевский, на основе анализа данных, составил словесный портрет Андрея. Он отмечал, что князь был человеком отважным, во время боя «забывался», ввязывался в самые опасные схватки и даже мог не заметить, как с него сбивали шлем. Он рисковал жизнью не задумываясь, но как только бой заканчивался, Андрей превращался в мудрого политика, который мог принимать взвешенные решения.

И действительно, политическим деятелем Андрей Боголюбский был незаурядным. От многих князей он отличался умением держать ситуацию под контролем. Его практически никогда нельзя было застигнуть врасплох. И лишь в последние годы жизни, в пожилом возрасте, Андрей несколько снизил бдительность, что и стало причиной его гибели. Но надо отметить, что прожил Андрей 63 года, что для древнерусского князя в век распрей и постоянных войн было очень и очень много.

Андрей Боголюбский, как и многие другие русские князья, пролил за свою жизнь немало крови, в том числе и родственников своих. Но главная заслуга князя, которой у него не отнять, относится к превращению Владимиро-Суздальской земли в самостоятельный политический центр земли Русской. И в этом плане Андрей был достойным сыном и продолжателем дела своего отца Юрия Долгорукого, а в плане политической мудрости – достойным внуком и наследником Владимира Мономаха.

topwar.ru

Убиение самодержца | Историк

На одной из миниатюр Радзивилловской летописи изображено убийство князя Андрея Боголюбского – едва ли не самое жестокое преступление русского Средневековья…

— фото предоставлено М. Золотаревым

Андрей Боголюбский был сыном князя Юрия Долгорукого, получившего, как известно, это прозвище вовсе не из-за телесного недостатка, а потому, что настойчиво тянул руки из своего Ростово-Суздальского удела к киевскому златостолу.

Тогда, в середине XII века, великий город – священная столица Руси – все еще неодолимо влек к себе князей, хотя славные времена Киева уже остались позади и вдали от него поднимались и крепли новые центры русской цивилизации.

Юрий Владимирович был князем старой формации и мечтал, подобно своему отцу Владимиру Мономаху, княжить в Киеве.

И вот в 1155 году, после многих лет борьбы, он сел на стол деда и отца, обратив к прочим конкурентам ворчливые слова: «Мне отчина Кыев, а не тобе!» Правда, просидел он на нем недолго: в 1157-м князь умер после пира – скорее всего, был отравлен боярами. Так оно или нет, а только киевляне Юрия Долгорукого не жаловали и сразу после его смерти разграбили княжий двор.

Бегство из Вышгорода

В тот момент старшего из сыновей Юрия, князя Андрея, рядом с отцом не было. Он давно вместе со свитой, домочадцами и дружиной покинул Вышгород, что под Киевом, куда посадил его отец, и отправился в Залесье – Суздальскую землю.

Андрею было уже больше 40 лет, и его жизнь была типичной для князей того времени: походы, войны, пиры.

Богоматерь Владимирская. Неизвестный иконописец начала XII века

Но слыл он не только отважным воином, не раз на глазах своей дружины побеждавшим врагов в поединках, но и опытным дипломатом, государственным деятелем и – в традициях той эпохи – писателем. Князь Юрий не хотел, чтобы сын уезжал, и «негодоваша на него велми».

Его можно понять: Андрей, безусловно, был первым помощником отца. Но сына тянуло в Залесье, туда, где он провел детство и юность и где желал видеть свой дом, свою столицу.

Отправляясь в это, как считали киевляне, «захолустье», он прихватил с собой из женского монастыря Вышгорода чудотворную икону Богоматери начала XII века, привезенную на Русь из Константинополя.

Согласно легенде, ее писал евангелист Лука. Кража иконы сошла Андрею с рук, но уже по дороге в Суздаль начались чудеса: Богоматерь явилась князю во сне и повелела отвезти образ ее не в Суздаль, как он хотел, а во Владимир.

«ТОЛЬКО ОДИН ИЗ УДАРОВ БЫЛ НАНЕСЕН ПРОТИВНИКОМ, СТОЯЩИМ ЛИЦОМ К НАПАДАЕМОМУ. Все остальные ранения были нанесены сбоку и сзади или уже по лежачему»

Тот послушался, а на месте, где ему приснился этот чудесный сон, впоследствии возвел церковь и основал село Боголюбово. Здесь, в специально построенном для него в 1158–1165 годах каменном замке, примыкавшем к церкви, он подолгу жил, благодаря чему и получил свое прозвище Боголюбский. Икона же «Богоматерь Владимирская» (ее называют также «Богоматерь Умиление» – Дева Мария ласково прижимается щекой к младенцу Христу) стала одной из величайших святынь России.

В политическом смысле Андрей, казалось бы, прогадал: он отказался от участия в разделе южных частей Руси, да и в Залесье получил от отца лишь малую долю Ростово-Суздальского княжества, поделенного им между сыновьями.

Однако у него был огромный авторитет, он прослыл богобоязненным строителем церквей, и, когда пришло известие о смерти Юрия Долгорукого, ростовцы и суздальцы избрали Андрея князем – это произошло 4 июня 1157 года на вече в Ростове. Тогда-то и прояснился грандиозный политический план Андрея Боголюбского. Уезжая в свое «захолустье», он, как и его отец, не оставлял мечты о власти на Руси, но желал править ею из своей новой столицы – Владимира.

Когда в 1169 году ему представилась возможность занять киевский престол, Андрей отказался от нее, приказав сыну Мстиславу, руководившему походом против киевского князя, посадить в Киеве своего младшего брата – князя Глеба Юрьевича. Андрей действовал сознательно: он строил свою столицу и стремился, чтобы Владимир превзошел «мать городов русских» во всем, для чего всячески его украшал.

Новая столица

Андрей приглашал во Владимир иностранных мастеров, жертвовал на сооружение храмов десятую долю своих доходов. Многие владимирские жители были переселенцами из Южной Руси – недаром они назвали здешнюю речку, как и в Киеве, Лыбедью, монастырь – Печерным городом. Появились тут и Десятинная церковь, и Золотые ворота, а главный, роскошно украшенный храм – Успенский собор – был даже выше Софии Киевской.

Европейские мастера, присланные на Русь, как предполагается, императором Фридрихом Барбароссой, возвели собор всего за три года. Храмы во Владимире строили из белого известняка. Удивительные свойства этого камня (мягкий вначале, он со временем становился очень прочным) позволяли покрыть стены здания богатыми резными узорами.

В память о рано умершем сыне князь Андрей повелел возвести великолепную церковь Покрова на Нерли. Этот храм, и поныне стоящий среди полей, вызывает восхищение, являясь, по признанию многих историков искусства, истинным чудом мировой архитектуры.

И сегодня радость возникает в сердце каждого, кто идет к нему издали по тропинке, – именно такого впечатления и добивался неизвестный нам мастер, поставивший в 1165 году по воле князя Андрея стройную и изящную белокаменную церковь на насыпном холме над тихой речкой Нерлью, впадающей неподалеку отсюда в Клязьму.

Сам холм был покрыт белым камнем, широкие ступени вели от самой воды к вратам храма. И пустынное это место для церкви выбрали не случайно. В разлив – время интенсивного судоходства – она оказывалась на острове, служила важным ориентиром тем, кто плыл, пересекая границу Суздальской земли.

Возможно, здесь гости и послы из дальних земель сходили с кораблей, поднимались вверх по белокаменной лестнице, молились в храме, отдыхали на его галерее и потом плыли дальше – туда, где сиял белизной княжеский дворец в селе Боголюбово. А еще дальше, на высоком берегу Клязьмы, как богатырские шеломы, сверкали на солнце золотые купола владимирского собора.

Князь Андрей Боголюбский перенес епископскую кафедру из Ростова во Владимир и даже пытался добиться автокефалии для Владимиро-Суздальской земли, что по тем временам было дерзко. Столь же смелым шагом было и введение новых церковных праздников (Покрова Богородицы и др.).

«Самовластец всей Суждальской земли»

Осуществляя свой политический план, Андрей организовывал наступательные походы, стремясь подчинить себе Великий Новгород и Киев, часто переходивший в ту пору из рук в руки. В 1169 году войско Андрея подвергло Киев безжалостному разгрому, причем были ограблены соборы и церкви, включая Святую Софию.

Из церквей захватчики – православные люди! – тащили иконы, книги, ризы, с храмов снимали колокола.

Такого разгрома этот город еще не знал: раньше его враги могли гордиться лишь тем, что им удавалось пустить стрелу в виду Киева – в сторону его могучих стен. На следующий год, в 1170-м, войско князя Андрея атаковало и Великий Новгород, но потерпело неудачу.

Успенский собор во Владимире

Несомненно, князь имел властный и независимый характер. Сурово и круто обходился с родственниками. Вторую супругу Юрия Долгорукого с детьми – своими братьями и соперниками – он выслал в Византию.

«Се же створи, хотя самовластець быти всеи Суждальскои земли», – сообщает нам по этому поводу летописец. Порой требовательный и строгий и даже жестокий с людьми, он не терпел ничьих возражений и советов. Не в пример другим князьям своего времени Андрей не считался ни с дружиной, ни с боярами, а вел государственные дела «самовластно».

Сыновей и князей-родичей он рассматривал лишь как инструмент своей воли. Андрей вмешивался в княжьи ссоры не как брат-посредник, а как полновластный хозяин, разрешающий спор хоть и родовитых, но все-таки слуг – «подручников».

Причем столь же грубо он обращался со своими ставленниками на княжеских столах. Смоленскому князю Роману Ростиславичу, сидевшему по милости Боголюбского на киевском столе, он писал:

«Не ходишь по моей воле с братьею своею, так уходи же из Киева!»

В ПАМЯТЬ О РАНО УМЕРШЕМ СЫНЕ АНДРЕЙ ПОВЕЛЕЛ ВОЗВЕСТИ ВЕЛИКОЛЕПНУЮ ЦЕРКОВЬ ПОКРОВА НА НЕРЛИ. Этот храм, и поныне стоящий среди полей, вызывает восхищение и радость у каждого, кто идет к нему издали по тропинке

Эта манера князя сажать на стол и сгонять с княжеского места не угодивших ему родичей, безапелляционно указывать, что им делать, категоричность его запретов вызывали протест. В 1173 году Рюрик и Мстислав Ростиславичи, племянники Андрея, получив очередное грубое послание из Владимира, взорвались.

Они опозорили доставившего письмо мечника Боголюбского, некоего Михну, обрив ему голову и бороду, и отправили того назад с ответной грамотой. «Мы тя до сих мест акы отца имели по любви; аже еси с (в)сякыми речьми прислал не акы к князю, но акы к подручнику и просту человеку», – отмечали они.

«Рубили уже труп»

Князь Андрей первым стал опираться на неродовитых, зависимых от него вооруженных слуг, которых называли «дворянами». От их руки он в конце концов и пал. К лету 1174 года самовластный князь сумел настроить против себя многих: бояр, слуг и даже собственную жену Улиту, которую впоследствии казнили за предательство мужа.

Во главе возникшего заговора стояли боярин Петр («Кучков зять»), ключник Анбал Ясин и другие – всего 20 человек, в основном неславяне. Историк Н.И. Костомаров писал: «Замечательно (как вообще черта подобных людей), что приближенными Андрея были иноземцы: чувствуя, что свои имеют повод не любить его, он, конечно, думал обезопасить себя этим средством – и ошибся».

Золотые ворота во Владимире

Ночью с 28 на 29 июня 1174 года заговорщики подошли к дворцу в Боголюбове, решили было подниматься по каменной винтовой лестнице, которая вела в жилые покои князя, но оробели и для храбрости дружно отправились «в медушу [погреб. – Е. А.] и пиша вино».

С новыми силами ворвались они в караульню, что находилась на первом этаже башни, и захватили сторожей, а затем уже поднялись по лестнице, сохранившейся, к слову, до наших дней, к спальне Андрея и пытались обманом (один из них назвался Прокопием, слугой князя) проникнуть туда. Но князь, заподозрив неладное, дверь им не открыл, так что пришлось ее взламывать.

Андрей Боголюбский бросился искать оружие, но ключник Анбал загодя предусмотрительно унес княжеский меч. Заговорщики ворвались в спальню, в темноте завязалась неравная борьба. Князь сбил с ног одного из убийц, но другой нанес ему несколько ран. Андрей упал и потерял сознание. Заговорщики, думая, что он убит, вышли из спальни.

Очнувшись, раненый князь начал спускаться по лестнице. Убийцы, услышав его стоны, вернулись и по кровавому следу нашли Андрея внизу под лестницей. Он сидел и молился. Миниатюра из Радзивилловской летописи представляет самый драматичный момент: вначале князю отсекли руку, которой он крестился (кстати, летописец сообщал, что злодеи отсекли ему правую руку, а миниатюрист изобразил отсечение левой руки), а потом уже добили раненого.

Выводы современной судебно-медицинской экспертизы, изучавшей костяк Андрея Боголюбского (его мощи находятся в Андреевском приделе Успенского собора во Владимире), поразительны, хотя и несколько эмоциональны для экспертов. Из отчета явствует, что убийцы буквально изрубили уже мертвого человека.

«Только один из ударов был нанесен противником, стоящим лицом к нападаемому, правильнее, несколько сбоку и спереди, – говорится в заключении. – Это был сравнительно легкий удар рубящим оружием (саблей или мечом) по левой ключице. Все остальные ранения были нанесены сбоку и сзади или уже по лежачему. Сбоку и сзади опытным бойцом был нанесен удар мечом по левому плечу, вызвавший значительное кровотечение и сделавший Боголюбского длительно небоеспособным, но это не удовлетворило нападавших.

Были нанесены новые удары неодинаковым оружием: удар сзади по затылку рубящим оружием (мечом или боевым топором), тяжелое ранение, нанесенное сбоку колющим оружием (копьем) в лобную кость. Последнее ранение само по себе могло бы повлечь в дальнейшем смерть. Затем посыпался целый ряд ударов мечом, боевым топором или саблей по человеку, лежавшему на правом боку.

Рубили не только лежащего, но, безусловно, совершенно неспособного защищаться человека, по-видимому потерявшего сознание, истекавшего кровью, рубили некоторое время, должно быть, уже труп.

Число ран, нанесенных Боголюбскому, несомненно, было больше, чем об этом можно было нам судить лишь на основании скелета, ибо не каждый удар был связан с повреждением костей».

И общий вывод экспертизы: «Этого, конечно, не бывает ни в единоборстве, ни в сражении. Это нападение нескольких человек, вооруженных разным оружием, с определенной целью – не ранения, хотя бы и тяжелого и в дальнейшем смертельного, а убийства тут же на месте».

После убийства князя победители принялись грабить дворец. В этом им помогала сбежавшаяся толпа народа: люди ненавидели Андрея за жестокость и откровенно радовались его смерти. Примечателен ответ владимирцев на письмо убийц о гибели их повелителя: «Кто с вами в думе, тот с вами пусть и будет, а наше дело сторона».

Церковь Покрова на Нерли

Потом убийцы пьянствовали во дворце, а обнаженный, окровавленный труп князя еще целую неделю лежал под открытым небом и затем в притворе церкви, пока его не схоронили при полном равнодушии народа, который, узнав о гибели Андрея, устремился бить не виновников его смерти, а слуг и тиунов.
Историк Ю.А. Лимонов обратил внимание на фразу, вложенную летописцем в уста князя Андрея. Он якобы сказал тогда убийцам:

«О горе вам, нечестивыи, что уподобистеся Горясеру!» Горясер – это слуга Святополка Окаянного, который был послан князем для убийства его брата Глеба. Следовательно, делает вывод ученый, не исключено, что против Андрея составился заговор его родственников – князей Ростиславичей.

Во всяком случае, можно утверждать (если летописец, конечно, точен), что так понимал ситуацию сам Андрей. Однако это еще не означает, что Ростиславичи, в принципе заинтересованные в устранении самовластного князя, организовали убийство, ведь слишком многие из непосредственного его окружения были озлоблены на господина.

Евгений Анисимов, доктор исторических наук

xn--h1aagokeh.xn--p1ai

Кровавый детектив XII века. Как убивали Андрея Боголюбского | История | Общество

Политическая борьба на Руси в XII веке носила весьма суровый характер. Проигравший в большинстве случаев мог лишиться не только власти, но и жизни.

И все-таки были свои «красные линии». Поднять руку на князя мог только равный. Бывали, конечно, случаи, когда с князьями расправлялись воины, однако, как правило, делали это они по приказу своего князя, враждующего с жертвой.

Длинные руки Юрия Долгорукого

Особняком стоит история князя Андрея Боголюбского, против которого был составлен нетипичный для своего времени заговор.

После смерти в 1132 году великого князя Киевского Мстислава Великого, старшего сына Владимира Мономаха, единое Древнерусское государство окончательно прекратило свое существование. Феодальная раздробленность вызвала непрекращающуюся борьбу русских князей между собой за власть и влияние.

Шестой сын Владимира Мономаха Юрий, известный нам  под прозвищем Долгорукий, получил во владение Ростово-Суздальское княжество. Однако амбиции основателя Москвы простирались дальше: он вел кровавую борьбу за Киев. Впервые он захватил этот город в 1149 году, но спустя два года потерял над ним контроль.

Второе его пришествие в Киев состоялось в 1155 году и завершилось в мае 1157 года, когда князь умер.

Юрий Долгорукий  был не слишком популярен среди киевлян,  и есть версия, согласно которой его отравили. Впрочем, стопроцентной уверенности в этом нет.

Владимир — столица, Киев — на разграбление

Сын Юрия Долгорукого Андрей, прозванный Боголюбским, участвовал в походах отца, но тяги к Киеву не испытывал. Став «самовластцем всей Суздальской земли», князь перенес свою столицу во Владимир-на-Клязьме и стал активно обустраивать город. При нем были возведены новые укрепления и Успенский собор, а неподалеку от города был построен замок Боголюбово, ставший княжеской резиденцией.

Собор Рождества Богородицы и остатки княжеского дворца (переход и лестничная башня) в Боголюбском монастыре, Боголюбово. Фото: Commons.wikimedia.org

Несмотря на любовь к строительству, князь Андрей имел весьма жесткий характер. Конкурентов в борьбе за власть он теснил безжалостно, не обращая внимания на родственные узы. Добиваясь единоличного правления, он стал ограничивать права бояр, выдвигая вперед младших дружинников, которым щедро жаловал земли.

В 1169 году Андрей Боголюбский показал свое отношение к Киеву. Во время очередной княжеской междоусобицы войско князя взяло город приступом, после чего Андрей отдал Киев на разграбление победителям. Уязвленный тем, что ему не позволили учредить во Владимире независимую от Киева митрополию, он позволил разграбить даже построенный Ярославом Мудрым Софийский собор. Оставаться в Киеве Андрей и не думал, сделав местным князем своего младшего брата Глеба.

Когда Глеб в 1171 году умер, за киевское княжение вновь развернулась ожесточенная борьба. Однако поход на Киев и Вышгород в 1173 году оказался неудачным, что вызвало активизацию, так сказать, «внутренних врагов» Андрея Боголюбского. В первую очередь ими были родовитые бояре, решительно отодвинутые князем от реальной власти. Элита полагала, что, избавившись от Андрея, она сможет призвать на княжение его более сговорчивого родственника. Тем более что кандидатов было хоть отбавляй.

Пока Андрей Боголюбский был на волне успеха, замышлять что-либо против него никто не решался. А вот после провального в военном отношении 1173 года заговор сложился.

Тихо отравить князя не было возможности: зная о подобных историях, происходивших ранее, Андрей был очень осторожен с едой и питьем. Тогда решили устроить нападение там, где Боголюбский чувствовал себя наиболее спокойно: в его собственной резиденции.

Скульптурный портрет Андрея Боголюбского. Реконструкция М. М. Герасимова. Государственный Исторический музей в Москве. Фото: РИА Новости/ Михаил Успенский

Список «проклятых»

В 2015 году при реставрации Спасо-Преображенского собора в Переславле-Залесском совершенно случайно на стене храма был обнаружен список заговорщиков, участвовавших в расправе над Андреем Боголюбским, а также краткое описание происшедшего.

В числе первых значится имя Петра Кучковича, а также его родственников Амбала и Якима Кучковичей. Всего участников заговора было двадцать, но прочесть все имена трудно. Но точно известно, что среди них были некие Ивка, Петрко и Стырята. Автор записи шлет заговорщикам «проклятие» и сулит «вечную муку». У Кучковичей в отношении князя, помимо всего прочего, был мотив и личной мести. Как вы помните, отец Андрей Боголюбского Юрий Долгорукий основал Москву. Сделал он это на землях, которыми ранее владел боярин Кучка. Предание гласит, что прежнего владельца князь попросту убил. При этом, правда, Андрей Боголюбский женился на дочери убитого Улите, а его сыновей приблизил к себе. Впрочем, один из братьев Кучковичей был уличен в некоем тяжком преступлении и казнен. Так что Кучковичи горели жаждой мести.

Сергей Кириллов. Андрей Боголюбский (Убиение). 2011 г. Фото: Commons.wikimedia.org

Ни шанса на спасение

Вечером 28 июня 1174 года князь Андрей Боголюбский отправился спать в свои покои в княжеском дворце. Заговорщики, в свою очередь, опустились вниз в прямом смысле слова: отправились в винные погреба. Традиция напиваться перед началом дворцовых переворотов сохранится в  России вплоть до убийства Павла I в 1801 году.

Осмелевшие от воздействия алкоголя убийцы пришли к двери спальни князя. Сильный стук в дверь разбудил Андрея.

«Кто там?» — спросил князь.

«Прокопий», — ответили из-за двери. Прокопием звали преданного слугу князя. Но пьяный голос был незнаком Боголюбскому.

«Нет, это не Прокопий!» — крикнул он и бросился к мечу.

Но меча не было. Его заранее вынес из спальни ключник, принимавший участие в заговоре.

Андрей Боголюбский был физически крепким человеком, опытным воином, отлично владевшим мечом. Ни один из заговорщиков не рискнул бы сойтись с ним в честном бою. В Боголюбове князь чувствовал себя уверенно, его сопровождала лишь немногочисленная охрана, которую быстро нейтрализовали. А противостоять без оружия вооруженной толпе было не под силу даже князю.

Выломав дверь, заговорщики с мечами накинулись на Андрея Боголюбского. Несмотря ни на что, он пытался оказывать сопротивление. В суматохе заговорщики даже зарезали одного из своих соучастников.

Наконец князь, получивший многочисленные ранения, упал. Довольные убийцы отправились в винные погреба за добавкой, и тут князь, который был тяжело ранен, пришел в себя. По лестнице он выбрался из покоев и попытался спрятаться. Но раны его были слишком тяжелы, а кровавый след, который он оставлял за собой, выдал его.

Вернувшиеся в спальню заговорщики пошли по пятнам крови и нашли Андрея. Под лестницей лестничной башни, соединённой переходом с Богородице-Рождественским собором Боголюбского монастыря, первого владыку Владимиро-Суздальской Руси добили.

А дальше заговорщики приобщили к происходящему простолюдинов, которым позволили разграбить княжеские палаты. Пока народ выносил трофеи, окровавленное тело Андрея Боголюбского валялось на земле. Спустя несколько дней убитого все-таки похоронили в Успенском соборе Владимира.

Надпись XII века на южной абсиде Спасо-Преображенского собора г. Переславля-Залесского с сообщением об убийстве Андрея Боголюбского. Фото: Commons.wikimedia.org

Всем спасибо, всех казнить

В древних летописях частенько реальные факты искажаются или приукрашиваются. История гибели Андрея Боголюбского — исключение. Когда в XX веке останки князя изучили специалисты, они пришли к выводу, что описание ран, имеющееся в источниках, довольно точно воспроизводит картину повреждений на костях.

Таким образом, летописный рассказ о гибели князя, вероятно, близок к истине.

Заговорщики добились своей цели: тема княжеского единовластия надолго была отложена в  долгий ящик. Правда, самим участникам убийства это большой радости не принесло. Младший брат Андрея Боголюбского Всеволод Большое Гнездо, ставший великим князем Владимирским в 1176 году, повелел всех заговорщиков казнить.

Не со зла и не из мести, а ради порядка, дабы привычка резать ножами великих князей, не дай бог, не укоренилась.

Князь Андрей Боголюбский был канонизирован Русской православной церковью в лике благоверного.

Андрей Боголюбский (Виктор Васнецов. Эскиз росписи Владимирского собора в Киеве, 1885-1896. Государственная Третьяковская галерея, Москва). Фото: Commons.wikimedia.org

aif.ru

Меч-кладенец сына Ирода и настоящее кольцо всевластия. Истории сказочных артефактов

Почти библейский богатырь

Тут, конечно, сложно говорить о реальности прототипа. Скорее, можно утверждать, что в древних исторических документах есть эпизоды, которые поражали воображение, могли быть множество раз пересказаны и в конце концов превратиться в сказку.

В общем, так. По историческим источникам, у жестокого иудейского царя Ирода (прошу внимания: это не только библейский персонаж, но и историческая личность) было девять сыновей. А вот старинное русское предание почему-то гласит, что десять. Был-де у него ещё один, младший, звали его Агриком. И был у него меч, которого боялись все. Во-первых, он в темноте светился. Голубоватым светом, если что. Во-вторых, уничтожал всё. Металл, доспехи — всё. Откуда такое фантастическое оружие, данные расходятся. По одной версии, наследник тирана выковал его самолично, по другой — похитил.

Что с ним (мечом) происходит в течение следующей тысячи с лишним лет, вообще тайна. А потом он возникает в древнерусских летописях. Во времена Юрия Долгорукова (стало быть, XII век) тамплиеры (представители Ордена бедных рыцарей Христа) провели раскопки на территории храма Соломона в Иерусалиме. И нашли в числе прочего легендарный святой Грааль и тот самый Агриков меч. А сын князя Юрия Андрей Боголюбский, надо сказать, вступил в орден тамплиеров и участвовал в крестовых походах. И рыцари в благодарность наградили его удивительным артефактом. Причём новому владельцу довелось испытать его мощь. Летопись гласит, что в 1149 году во время одного из междоусобных сражений он оказался во вражеском кольце верхом на израненном коне. И в этот момент он поднимает над головой меч. Светился он, нет ли — неясно, а только войска противника в ужасе начали расступаться, и Андрей без всякой драки вышел из окружения и присоединился к своим.

Фото © Public Domain

Много лет спустя его убили, и снова были войны. Чтобы драгоценный подарок князя не достался врагам, его спрятали в муромском монастыре. Ухватываете нить? Так ведь и это ещё не всё. Существует труд церковного историка Ермолая-Еразма под названием "Повесть о Петре и Февронии". Там сказано, что правил в Муроме князь Павел. Был у него младший брат Пётр. И была любимая жена. Но случилась такая оказия: сама того не ведая, она ему изменяла. Некий коварный пернатый змей довольно регулярно превращался в законного супруга и наведывался к красивой женщине. В какой-то момент подлог всё-таки был обнаружен, а на семейном совете стали думать, как вообще быть в такой ситуации. Тут нужна была женская хитрость, а за этим, сами понимаете, дело не станет. Во время одной из противозаконных встреч наша героиня заводит с любовником доверительный разговор и спрашивает, может ли вообще сей волшебный милостивый государь умереть. И выяснилось, что в смысле хитрости ни один змей не может сравниться с женщиной. Кудесник посмотрел, наверное, в эти глаза и признался: "Будет мне смерть от Петрова плеча, от Агрикова меча".

Эту информацию мгновенно расшифровали. Пётр — это брат мужа. Агриков меч — это Агриков меч. Пётр, правда, не знал, где именно его спрятали. Ермолай-Еразм пишет, что он пришёл в храм молиться, ему было явление: ангел показал, куда идти. Меч лежал в алтарной стене, в щели между камнями. Кладенец, понимаете? Пётр берёт его, идёт домой и заходит в покои брата. Там сидит Павел. Один. Далее Пётр направляется в покои княгини. Там с ней Павел. Младший князь всё понял. Он вернулся обратно, велел брату никуда не уходить, снова пошёл к снохе и со всего размаху этим мечом по подложному князю ударил.

Кадр из мультфильма "Сказ о Петре и Февронии"

Кровь змея забрызгала Петра, и его кожа покрылась гнойными струпьями, он заболел проказой. И тут начинается его история любви. Все вокруг развели руками, мол, знахарство тут бессильно. А потом больному приснилось, что его вылечит одна девушка, которая живёт в Рязанском княжестве. И имя во сне назвали — Феврония. И село — Ласково. В общем, чёткое направление. Кстати, не сочтите, пожалуйста, за кощунство, просто удивительный эпизод: Феврония-то Петра, можно сказать, шантажом вынудила жениться! Она выдвинула это как непременное условие излечения. Пётр думал было уклониться, тем более что родня категорически против неравного брака была: он — князь, а она — дочь простого бортника, пчеловода то есть. Так вот, опять женская смекалка сработала: Пётр жениться не стал, но того не знал, что один струп умная девушка ему принципиально не стала долечивать. Легко себе представить, как он, довольный, уезжает, а она загадочно улыбается и машет ему рукой. В общем, вероломный пациент довольно скоро вернулся.

Проклятое кольцо

Наверное, настоящего Голлума звали Сильвианом, раз он так горевал из-за этого кольца. Но, судя по всему, ему "его прелесть" даже перед смертью так и не досталась. Итак, знаменитой саги не было бы, если бы не один простой крестьянин из деревни Силчестер в графстве Гэмпшир на юге Великобритании. Однажды в 1785 году он просто вспахивал поле и нашёл в земле кольцо. Вот это самое.

Кольцо Сильвиана в историческом поместье Вайн (Гэмпшир, Великобритания). Фото © Flickr / Richard Turner

Золотое, с печатью и какой-то надписью. Диаметр — 25 миллиметров. Явно на мужскую руку. А надпись такая: SENICIANE VIVAS IIN DE. Нетрудно догадаться, что это латынь. Однако, по мнению специалистов, тут сразу две ошибки: почему-то в слове IIN два раза выгравирована буква I и в конце фразы нет буквы О — для неё, получается, просто места не осталось. То есть должно было быть так: SENICIANE VIVAS IN DEO. Тогда это можно было бы перевести как "Сенициан, живи в Боге". Считается, что это довольно традиционная надпись для римских христиан. Впоследствии было установлено, что в этих местах в своё время действительно было обширное римское поселение. И да, на кольце отпечатано лицо богини Венеры. Во всяком случае, подпись гласит, что изображена она.

Так вот. Казалось бы, любопытно, но не более того. По основной версии, хозяин расположенного неподалёку поместья оказался коллекционером древностей и выкупил эту вещь у фермера. Много лет кольцо просто лежало в доме. Упоминание о нём осталось в фамильных книгах. Вот, собственно, и всё. И вдруг в начале XIX века в 130 километрах к северо-западу от Силчестера, а именно в городке Лидни, начинаются археологические раскопки. На этом самом месте, по мнению учёных, был храм, посвящённый древнему кельтскому божеству Ноденсу. Он был седой, бородатый, вроде Деда Мороза, только более грозный, пожалуй. Покровительствовал охоте, да и сам промышлял ловлей разных, между прочим, страшных и ужасных мифических существ. А ещё ему молились насчёт здоровья. И на руинах этого храма находят свинцовую табличку. Тоже с надписью, тоже на латыни, и содержатся там самые что ни на есть отчаянные проклятия.

"DEVO NODENTI SILVIANVS ANILVM PERDEDIT DEMEDIAM PARTEM DONAVIT NODENTI INTER QVIBVS NOMEN SENICIANI NOLLIS PETMITTAS SANITATEM DONEC PERFERA VSQVE TEMPLVM DENTIS".

Попытаемся перевести так:

Богу Ноденсу. Сильвиан потерял кольцо и жертвует половину (его стоимости. — Прим. Лайфа) Ноденсу. Пусть никому из тех, кто носит имя Сенициана, не будет хорошего здоровья, пока кольцо не вернут в храм Ноденса

Судя по тому, что кольцо нашли не в храме, мы можем сделать вывод, что похищенное так и не вернули. Если это всё так, какой, однако, подлец этот Сенициан: украл и под себя переписал — ни стыда ни совести. Так ещё и малограмотный. Но всё-таки: что ж так убиваться-то? Жаль, конечно, но если у тебя был такой золотой перстень, то, надо думать, ты был вообще человек состоятельный. Что это кольцо могло такого значить для безутешного Сильвиана? Память? О чём? О ком? А может, действительно, символ власти какой-то? Вроде официального документа, подтверждающего, что ты властелин.

Исследователям очень понравилась эта история. Особенно выдающемуся археологу сэру Мортимеру Уилеру. В 1929 году он побывал на месте раскопок, ознакомился с табличкой, осмотрел кольцо. В какой-то момент он понял, что ему нужна консультация филолога, и обратился к лучшему, на его взгляд, специалисту в стране — профессору Оксфордского университета. И звали этого профессора... Правильно. Джон Рональд Руэл Толкин.

Чёрный обелиск

Если он именно чёрный, в форме квадрата или параллелепипеда, да ещё и с какими-то надписями, то сразу возникают прямо-таки многочисленные книжные образы. Тут тебе и "Мифы Ктулху" Говарда Лавкрафта, и "Заповедник гоблинов" Клиффорда Саймака. Да что там, даже в "Космической одиссее" Артура Кларка есть загадочный, правда, идеально ровный чёрный монолит, который прислали инопланетяне, чтобы сделать из полуобезьян разумных людей. Естественно, не стоит утверждать однозначно, но всё-таки это факт: все эти произведения написаны через много лет после того, как знаменитый итальянский археолог Джакомо Бони устроил раскопки на Римском форуме. Этот человек мечтал о новом возрождении Римской империи. Даже интересовался нацистской идеологией — считал, что это ближе к античности. Того, что эти нацисты творили, он увидеть не успел — умер в 1925-м. А в 1899 году он добился снесения нескольких "новодельных" зданий, которые стояли у него на пути, и начал искать. В древних источниках он прочёл, что именно в этом месте, рядом с храмом Антонина и Фаустины, находится некий чёрный камень. И что никто толком не знает, почему он там стоит. В воспоминаниях очевидцев сохранились описания того, как аккуратный, похожий на врача интеллигентный человек копался в траншее, вынимал из земли какую-то гадость. Даже поднимался над местом раскопок на воздушном шаре. И в конце концов нашёл.

Обелиск сделан из чёрного мрамора. Кстати, в Италии находится одно из крупнейших месторождений этого редкого камня, и именно древние римляне начали его добывать. То, что на этом камне написано, представляет собой древнейший образец латинской письменности. Половины слов не видно. Правда, сохранилась, к примеру, фраза о том, что тревожить это место, мягко говоря… да. Не рекомендуется.

В общем, Бони и вслед за ним практически всё научное сообщество придерживались и придерживаются той версии, что этот камень обозначает место погребения легендарного Ромула, основателя Рима. Его смерть была загадочной. По преданию, он просто исчез во время солнечного затмения. В связи с этим немедленно родилась красивая легенда, что его прибрали к себе олимпийские небожители и он стал одним из них — богом Квирином. Впрочем, имеется и несколько более прозаичное предположение: сенаторы воспользовались внезапной полной тьмой и убили царя. Вот и сказке конец.

life.ru

Загадочные артефакты древности: Агриков-меч

В русских былинах и преданиях зовётся он меч-кладенец или меч-самосек. А выковал его Агрик — сын царя Ирода, жестокого тирана, известного по библейским текстам и трудам римского историка Иосифа Флавия.

По преданию, меч этот испускал во тьме голубоватое свечение и имел сверхъестественные свойства: рубил в шепки любые воинские доспехи. В бой с богатырём, вооружённым мечом Агрика, враги даже не вступали, поворачивали вспять. Как меч оказался на Руси?

На этот вопрос нет ответа. В былинах есть только рассказы о том, как меч-кладенец богатыри получают из рук Святогора или находят его в глубокой пещере. Но вот что интересно. Летописи свидетельствуют, что одним из самых бесстрашных полководцев Древней Руси был князь Андрей Боголюбский (род. около 1109 г.). В 1149 году «обеступленный» (окружённый) врагами, на раненом коне, князь выхватил меч и, просто высоко держа его над головой, сумел прорваться к своим. Очевидно, это был тот самый момент, когда для устрашения врага достаточно было лишь продемонстрировать чудо-оружие.

В Крестовоздвиженском храме князю Петру является отрок и показывает Агриков меч, лежащий в расщелине алтарной стены

Так при каких же обстоятельствах у Андрея Боголюбского появился заветный меч? А вот при каких. Отцом Андрея был Юрий Владимирович Долгорукий, князь Ростовско-Суздальской земли. До 1149 года летописные источники о жизни молодого князя ничего не говорят. Исследователи А. Рыбалка и А. Синельников в книге «Тайны русских соборов» делают предположение о том, что после смерти жены-половчанки Юрий Долгорукий отправил свадебное посольство во главе со своим сыном-отроком Андреем в Византию, к Елене Комнин.

Сватовство прошло успешно, и невеста увезла на Русь в качестве приданого, кроме прочего, икону Богородицы «Умиление», написанную самим Лукой Евангелистом, прославившуюся впоследствии как икона Владимирской Божией Матери.

Но как после этого сложилась судьба самого Андрея Боголюбского, «основоположника обустроенной русской государственности» (так назвал его известный русский историк СМ. Соловьёв)? По мнению вышеназванных исследователей, Боголюбский принял участие в крестовых походах и вступил в орден тамплиеров.

В подтверждение своей точки зрения эти авторы приводят следующие строки из старообрядского «Жития Андрея Боголюбского»: «Многая леты в Святая Земли Иерушаломе Граде бываху у Святого Гроба в посте и молитве, служа присно дево Марии Богородице вправду и без корысти, премногая мудрости наповняхусь, яко бе Шоло-мон царь, во храме его Святая Святых пребывахом». Нелишним при этом будет напомнить, что полное название ордена тамплиеров звучит так: «Братство бедных слуг Христовых, всадников Девы Марии, Иерусалимской Богородицы Соломонова храма».

Известно, что тамплиеры вели раскопки на месте храма Соломона, и, по некоторым данным, с большим успехом. Орден стал владельцем чаши Грааля, плащаницы, названной позднее Туринской, и Агрикова меча. Когда же Андрею Боголюбскому пришло время возвратиться на Русь, тамплиеры преподнесли ему в качестве вознаграждения за заслуги заветное оружие. Ну а после убийства князя, с началом усобицы, во время которой любимый князем Андреем град Владимир переходил из рук в руки, меч спрятали в одном из монастырей города Мурома.

«Будет мне смерть от Петрова плеча»

Через несколько десятков лет судьба меча переплелась с судьбами муромского князя Петра и его жены Февронии (конец XII — начало XIII вв.). Содержание «Повести о Петре и Февронии», принадлежащей перу церковного писателя Ермолая-Еразма, известно читателям. Зачин её, основанный на муромских преданиях и легендах, содержит упоминание об Агриковом мече.

Началось всё в Муроме в годы правления князя Павла, старшего брата Петра. У Павла была красавица жена, к которой в отсутствие мужа повадился прилетать крылатый змей, принимавший его облик. Княгиня обо всём поведала мужу. Князь долго думал, как извести «врага рода  человеческого», и придумал.

«Выведай у змея, — сказал он супруге, — какой смертью суждено ему умереть». Хотя задача была очень трудной, княгиня сумела выведать тайну. «Будет мне смерть от Петрова плеча, от Агрикова меча», — признался змей. Младший брат Павла Пётр слышал об  Агриковом мече, но не знал, где его искать. Решив уповать на помощь Бога, пошёл молодой князь в церковь и стал в уединении молиться. И явился ему ангел в образе отрока и сказал: «Я укажу тебе, где скрыт Агриков меч, иди за мной».

 Он повёл Петра в алтарь, где в щели между камнями алтарной стены лежал этот меч. Поговорив с Павлом в его покоях и показав ему меч. Пётр пошёл навестить княгиню. И что же он видит? Рядом с княгиней сидит его брат, которого он только что оставил в дальних покоях. Удостоверившись, что в покоях княгини оборотень, Пётр поразил его Агриковым мечом. Но в предсмертных судорогах змей забрызгал князя своей кровью, и тот покрылся гноящимися язвами. Ну а дальше — рассказ о выздоровлении князя благодаря врачеванию девы Февронии.

Что же скрыто за этой легендой? Может, в «заповедных и дремучих, страшных муромских лесах» действительно водились крылатые змеи, принимавшие человеческий облик? А может, скрыты в ней вполне земные дела? Мог ведь какой-то недруг Павла втереться в княжеское окружение, попытаться соблазнить княгиню, чтобы выведать, где хранится заветный меч. Не получилось. Но на «последнем издыхании» мог этот оборотень, к примеру, плеснуть в лицо князя Петра какой-нибудь яд…

И сошлись Хостоврул с Евпатием

Ясно, что драгоценную реликвию стали беречь пуще прежнего. Правда, лежать мечу «без движения» пришлось недолго. Зимой 1237 года к пределам Руси подошли 140 тысяч монгольских конников во главе с Батыем (многие исследователи называют и другую цифру — 300 тысяч человек). Муромо-Рязанское княжество отчаянно сопротивлялось. И всё же 21 декабря Рязань пала.

Но вскоре один из воевод рязанского князя Юрия Игоревича — Евпатий Коловрат, бывший в долгой отлучке, собрал дружину в 1700 человек, и 15 января 1238 года пять тысяч монгольских воинов под предводительством шурина Батыя Хостоврула сошлись в битве с дружинниками Евпатия. Летопись сообщает: «И съехался Хостоврул с Евпатием. Евпатий же был исполнен силою и рассёк Хостоврула на полы (на две половины. — А.О.) до седла. И стал сечь силу вражью, и многих тут знаменитых богатырей Батыевых побил, одних пополам рассёк, а других до седла разрубил».

В быстротечной схватке отряд Хостоврула был практически весь уничтожен, что озадачило Батыя. Даже если признать, что Евпатий Коловрат был богатырём из богатырей, всё равно как он мог один расправиться с десятками хорошо вооружённых врагов? Может, у Коловрата в руках был Агриков меч? Может, за ним и отлучался он из Рязани, когда узнал о надвигающейся угрозе?

Столкнувшись с невиданным доселе сопротивлением, Батый решил окружить стоянку отряда Коловрата, у которого в живых остались лишь четыреста дружинников, многотысячным войском и подвезти «пороки» (метательные орудия). Не вступая в открытую схватку, монголы забросали отважных русичей камнями. А потом по приказу Батыя воины принесли к нему тело Евпатия Коловрата. В «Повести о разорении Рязани Батыем» говорится: «И сказал царь Батый, глядя на тело Евпатьево: «О, Коловрат Евпатий! Хорошо ты меня попотчевал с малою своею дружиною, и многих богатырей сильной орды моей побил, и много полков разбил. Если бы такой вот служил у меня, держал бы его у самого сердца своего». И отдал тело Евпатия оставшимся людям его дружины, которых похватали на побоище. И велел царь Батый отпустить их и ничем не вредить им».

Директива Гитлера

Знал ли Батый о существовании Агрикова меча? Трудно сказать. По крайней мере, приведённые слова из «Повести о разорении Рязани» внушают надежду, что чудо-меч был вынесен с поля боя оставшимися в живых русскими воинами.

Подтверждением того, что пределов Руси меч не покидал, являются события, случившиеся более чем через семьсот лет после той битвы.

По некоторым данным (материалы засекреченной организации «Аненербе», действовавшей в составе СС), в декабре 1941 года фельдмаршал фон Бок получил директиву Гитлера о запрете обстрелов и бомбёжек пятикилометровой зоны вдоль Оки, от Рязани до Мурома. В эти места была десантирована группа коммандос из «Аненербе», занимавшейся самыми секретными делами рейха: от создания «техно-магических» дисколётов и другого Wunderwaffe («чудо-оружия») до поиска чаши Грааля и Агрикова меча. Декабрь, конечно, не самый подходящий месяц для поисков и раскопок, тем более в условиях боевых действий.

Но, по всей видимости, гитлеровцы располагали достоверными сведениями о нахождении на Рязанщине чудо-меча. Некоторые исследователи считают, что почерпнуть такие сведения они могли из российского летописного свода, перекочевавшего за границу во время революции 1917 года и гражданской войны. Действительно, «научные сотрудники» из «Аненербе» прошерстили все оккупированные страны Европы, пытаясь найти указанные артефакты или свидетельства о них. Зачем было нужно Гитлеру оружие давно минувших дней? Оно что, могло составить конкуренцию «Катюше» или «Т-34»?

Надо знать, что идеология фашизма произрастала из оккультно-мистических корней, питаемых всем, чем угодно: от теории превосходства «нордической расы» до «откровений» германских языческих жрецов. Находилось в ней место и артефактам, которые Гитлер хотел «поставить рядом с собой для ощущения вселенской силы и могущества».

Что касается гитлеровских коммандос, засланных в муромские леса, то, говорят, выбраться за линию фронта смогли только двое из них, с обмороженными и пустыми руками.

nlo-mir.ru


Смотрите также